Персональный сайт

НУЖНА ПОМОЩЬ РЕБЁНКУ.

dochka — Tue, 21 Sep 2010 08:09:48 GMT

Парасий Тимур Сергеевич
Дата рождения: 06 июня 2009 года
Диагноз: острый лимфобластный лейкоз

ПОМОГИТЕ СПАСТИ ЖИЗНЬ ТИМУРУ!

Тимуру нужна срочная помощь! Мы просим о ней всех, кто прочтет эти слова.
Помогите спасти ребенку жизнь!

Здравствуйте. Вы зашли на сайт, посвященный нашему сыну Тимуру, который родился 6 июня 2009 года.

Тимуру всего 11 месяцев. Малыш родился здоровым, активно развивался, ни в чем не уступал своим сверстникам, был бодрым, активным и жизнерадостным карапузом. В октябре у Тимурчика должна родиться маленькая сестричка. Вся наша семья жила в ожидании второго чуда. Ничто не предвещало беду. Подробнее...

18 мая 2010 года мы с Тимуром были на плановом УЗИ внутренних органов, на котором врачу показалась «светловатой» печень. На следующее утро сдали анализ крови, а через несколько часов нам перезвонил педиатр и сказал срочно собираться и ехать в больницу. Гемоглобин у малыша был 36! С этого момента наша жизнь перевернулась...

21.05.2010 года Тимуру был поставлен диагноз острый лимфобластный лейкоз, про-В, первый острый период (код по МКБ Х-С 91.0). Проведена терапия согласно программе Interfant – 2006.

Шансы победить болезнь у Тимура есть. Но, к сожалению, уровень выживания в наших больницах очень низкий. У нас дети чаще умирают не от самого заболевания, а от осложнений и инфекций. Мы разослали запросы в десяток клиник Европы и США, и только одна Израильская клиника сразу ответила готовностью взять Тимура на лечение. В Израиле подобные терапии и операции проводятся успешно уже не один десяток лет. С помощью наших близких и друзей нам удалось собрать некоторую сумму. Этого конечно недостаточно, но в клинике согласились принять нас, чтобы, не теряя времени, начать незамедлительное лечение Тимура.

Мы очень надеемся, что лечение ограничится курсом химиотерапии, и что пересадка костного мозга не понадобится. Но даже сам курс химиотерапии – непомерно дорогой для нашей молодой семьи. Своими силами собрать такую сумму нам просто не под силу!

Мы верим в то, что мир не без добрых людей и поэтому обращаемся ко всем неравнодушным людям помочь нам спасти нашего сына. Заранее благодарим всех откликнувшихся!

Огромную помощь Вы можете оказать, помогая нам распространить информацию о просьбах помощи семье Тимура.

Например, Вы можете: рассказывать о нашей просьбе всем своим друзьям, знакомым, коллегам разместить ссылку или баннер о Тимуре на своем сайте (варианты баннеров ниже) если Вы являетесь завсегдатаем какого-либо тематического форума, разместите, пожалуйста, там информацию о Тимуре; сделать в своей электронной подписи ссылку на Тимуркин сайт: http://helptimur.org/

Обращаемся к владельцам ресторанов, магазинов, супермаркетов, аптек, банков:
ПОЖАЛУЙСТА, ДАЙТЕ НАМ ВОЗМОЖНОСТЬ РАЗМЕСТИТЬ НА ВИТРИНАХ И У КАСС ЛИСТОВКИ О ТИМУРЕ! Вам это ничего не будет стоить! С Вашей стороны никаких материальных затрат, зато мы сможем призвать к помощи большее количество людей и получим реальный шанс максимально быстро собрать необходимую сумму на лечение

Как возможно передать деньги: +38 (097) 653 32 53 Алла, +38 (067) 277 65 81 Коля, +38 (067) 407 8840 Елена

Реквизиты счёта для безналичной оплаты:
Получатель: ПриватБанк
Наименование банка: ПриватБанк
Номер счета: 29244825509100
МФО: 305299
ОКПО: 14360570
Назначение платежа безналичными средствами: благотворительный взнос на лицевой счет Парасия Сергея Викторовича, для пополнения карты 4627081774465277
Идентификацнный код (ИНН) 2917016313

Реквизиты счёта для наличного пополнения (пополнение карты):
Получатель: ПриватБанк
Наименование банка: ПриватБанк
Номер счета: 29244825509100
МФО: 305299
ОКПО: 14360570
Назначение платежа наличными средствами: для пополнения карты 4627081774465277,
Парасий Сергей Викторович, идентификацнный код (ИНН) 2917016313

Валютные реквизиты:
USD
Account# 4405885015287938
BANK OF BENEFICIARY: PRIVATBANK DNIPROPETROVS`K, UKRAINE
SWIFT: PBANUA2X
INTERMEDIARY BANK: JP MORGAN CHASE BANK CHASE METROTECH CENTER 7TH FLOOR BROOKLYN NY 11245 USA
SWIFT: CHASUS33
CORRESPONDENT ACCOUNT: 0011000080

EUR
Account# 6762462050918363
BANK OF BENEFICIARY: PRIVATBANK DNIPROPETROVS`K, UKRAINE
SWIFT: PBANUA2X
INTERMEDIARY BANK: JP MORGAN AG FRANKFURT/MAIN, GERMANY
SWIFT: CHASDEFX
CORRESPONDENT ACCOUNT: 6231605145

Номера кошельков Webmoney transfer:
Доллар США: Z205427715222
Евро: E287490894031
Гривна: U104197273993
Российский рубль: R418776460451

http://uaua.info/mamforum/16_480547_5101927.html

ОБЯЗАТЕЛЬНО ВВЕДИТЕ НАЗНАЧЕНИЕ ПЛАТЕЖА КАК УКАЗАНО НА САЙТЕ

МЫ БЛАГОДАРНЫ ВАМ ЗА ПОМОЩЬ!

Скачать баннеры: 220x220, 468x60, 728x240, 728x90
Сбор денег
21.09.2010
собрано:
100131 USD
23730 EURO
23675 USD
374350 UAH
осталось собрать: 74869 USD

ЮРИЙ ШЕВЧУК. ВСЕМ НАДО ВЫЗДОРАВЛИВАТЬ.

dochka — Thu, 16 Sep 2010 04:17:54 GMT

Юрий Шевчук: «Страна у нас больна. Всем надо выздоравливать»

«Цель у нас одна - сделать мир свободнее, а значит, справедливее», - говорит музыкант

Автор:
Владимир Полупанов
Статья ««Всем надо выздоравливать»» из номера:
АИФ №37
от 15 сентября 10
Опубликовано:
15 сентября 10 (0:05)

Музыкант Юрий Шевчук считает, что «народ сжат вертикалью»

Лидер группы «ДДТ» за последнее время заставил говорить о себе не раз. Острую дискуссию в обществе вызвала его полемика с премьером В. Путиным на встрече с деятелями культуры. Затем музыкант поддержал борцов за Химкинский лес. И спел дуэтом с лидером группы «Ю-Ту» Боно в «Лужниках» песню Боба Дилана. «АиФ» не мог пройти мимо этих событий. «У нас с Боно одна цель»

«AиФ»: - Когда Боно, один из самых богатых музыкантов, лидер списка «Форбс», выступая в России, говорил о голодающих детях Африки, его не поняли. Легко бороться с голодом в Африке, зная, что у тебя приличный счёт в банке. Мне кажется, в этом нет поступка.
Юрий Шевчук: - Мне кажется, он мог бы просто сидеть на своих мешках с золотом и ни хрена не делать. А Боно выполняет огромную общественную работу: выбивает средства на защиту природы, медицинские программы, просит скостить долги странам третьего мира, бьётся за права человека. Я считаю, всё это - поступки. А многие наши олигархи из того же списка «Форбс» держат футбольные команды себе на потеху, покупают дворцы и крутые яхты. Откуда мы знаем, как Боно тратит свои капиталы? Мы же не читали его декларации о доходах и завещания. Деньги - это большая ответственность. Как мы их тратим, зависит от совести, чувства сопереживания, широты души. Мы, конечно, с Боно разные, но цель у нас одна - сделать мир свободнее, а значит, справедливее.
«AиФ»: - Побывав на концерте «Ю-Ту», ты почерпнул что-то новое для себя?
Ю. Ш.: - Я увидел очень серьёзный, точно работающий механизм. Во время концерта стоял под сценой, на которой рубились музыканты «Ю-Ту». Рядом была гримёрка, и я наблюдал, как Боно вылетал со сцены, к нему подбегали 4-5 барышень и, как болиду на «Формуле-1», меняли ему «колёса»: куртку, рубашку, очки. Кто-то сушил ему волосы, кто-то давал чай. И вся эта «смена шин» происходила в течение нескольких секунд. И совершенно новенький Боно пулей снова вылетал на сцену. Я увидел то, чего нет у нас, - чёткую организацию труда, кропотливую работу менеджмента и техперсонала, где каждый на своём месте. В этом механизме я увидел не роботов, а живых людей. Я бы, может быть, к другой рок-звезде и не пришёл бы в гости, которая висит только на себе, любуется собой в отражении этих мировых зеркал и тащится от себя самой. Боно - живой человек, гражданин мира с активной жизненной позицией. С другой стороны, он очень серьёзный художник. И я рад не тому, что вышел на одну сцену с музыкантами мирового уровня и засветился, а тому, что на уровне человеческих отношений у нас всё нормально. Эта машина, на мой взгляд, не испортила музыкантов «Ю-Ту». У нас же в России какая-нибудь половинка от трусов себя чувствует такой звездой! Такая узость мышления у многих наших музыкантов, особенно эстрадных. Нет этой широты взглядов, мировоззрения, как у Боно.
И смею вас уверить, что и музыканты «ДДТ» не сидят сложа руки. Мои какие-то гражданские поступки идут параллельно с работой над новыми песнями. У нас мало концертов, мы выступаем только для поддержания штанов. Группа «ДДТ» сейчас живёт на студии из-за новой программы, которая требует много энергии и сил. Диктатура бюрократии

«AиФ»: - Ты выступаешь противником строительства «Охта-центра» в Питере и вырубки Химкинского леса. Но часть леса уже вырубили, под небоскрёб в Питере уже готовят площадку...
Ю. Ш.: - Я говорил тогда на Пушкинской площади, что Химкинский лес растёт и под Владивостоком, под Воронежем, где сгорели тысячи гектаров. Он стал символом, метафорой происходящего в нас и окружающем мире. Как всегда, идёт борьба добра и зла, и все её понимают по-своему. Некоторые люди воспринимают добро как узкие личные интересы: выкосить всё в стране и рвануть в Майами доживать свой век в демократии, где тебя никто не тронет. Парадокс: многие наши политические лидеры люто ненавидят Запад, но при этом дома имеют не в Северной Корее, а во Флориде. Потому что в Америке все равны перед законом и их дач и парков никто не снесёт. Почему же такую демократию они не хотят построить здесь?
Потому что Россию они воспринимают как дойную корову. И Химкинский лес косят везде. Вцепились в нефть и газ, но при этом любят порассуждать о модернизации.
В нашей стране сейчас настоящая диктатура бюрократии, которая считает себя высшей кастой. Зарплаты у бюрократов маленькие, но они посажены на какую-то территорию на кормление. И каждый с неё отжимает свою долю и набивает карманы. Вот свежий пример. Я участник фонда благотворительной организации, занимающейся лечением от алкоголизма и наркомании, «Дом на горе» в Ленинградской области. Люди там освобождаются от дурных привычек бесплатно. А местные бюрократы расценили нашу деятельность как коммерческую. И «Дом на горе», живущий на пожертвования, обложили чудовищной данью, как будто это заправка или казино. Подали на нас в суд за то, что не платим им огромных денег, которых у нас, естественно, нет. Вот пример благого дела, которое душит бюрократия. И такое происходит по всей стране. К чему эта система приведёт страну?
Мне жаль чиновников, очень много грешат. При нынешнем состоянии дел для них слишком велики соблазны. Поэтому нам всем надо спасать бюрократию. Контроль свободной прессы и гражданского общества облегчил бы их дальнейшее пребывание на этом и том свете. Мне стало многое понятно…
Шевчук на митинге в защиту Химкинского леса АИФВИДЕО www.aif.ru
«AиФ»: - После встречи с Путиным?
Ю. Ш.: - Нет, вообще. Наблюдая за жизнью страны. Мы сейчас не говорим о личностях. Богослов Дионисий Ареопагит сказал: «Перестань говорить против других, а говори в защиту истины, чтобы совершенно неопровержимо было говоримое». Об этом надо помнить, а не поливать дерьмом с утра до ночи конкретных людей. Когда случилась моя беседа с Путиным, я обсуждал деяния нашего правительства. Я убеждён, что Россию ведут не туда. В стране много недовольных

Музыканты «ДДТ» не сидят сложа руки

«AиФ»: - Думаешь, Путин не догадывается, что у нас происходит? Не хочу тебя обидеть, но твоя попытка рассказать ему о том, что творится в России, выглядела, на мой взгляд, наивно.
Ю. Ш.: - Почему наивно? Я хотел услышать из первых уст, что он думает об этом. И Путин мне прислал маячок: всё в порядке, мы всё знаем. Кстати, есть что-то холопье в том, чтобы считывать какие-то сигналы, как многие наши политтехнологи, по выражению лиц президента и премьер-министра. И гадать: а что завтра будет - послабление или ужесточение? Мне легче прямо спросить и получить чёткий ответ.
«AиФ»: - И каков ответ?
Ю. Ш.: - Страна у нас вся больна. И власть, и оппозиция, и народ, и я болею, и ты. Нам всем надо выздоравливать. Сцеживать или не сцеживать?

«AиФ»: - Где взять пилюли от этой болезни?
Ю. Ш.: - Процесс выздоровления идёт. Ещё 3 года назад всем было по фигу. «Электорат» считал 100 «несогласных» идиотами. А сейчас всё иначе. Людям надоело жить без свободной прессы, без диалога о судьбе Родины. Чтобы остановить коррупцию, власти необходимо выслушивать своих оппонентов, допустить в Думу разные политические партии, а не марионеточные, как сейчас. Тогда бы в стране не было такого давления, как в закипающем чайнике, который в конце концов может просто взорваться.
Но, с другой стороны, я понимаю, зачем они дают приказ избивать дубинками «несогласных» 31-го числа. Как только прекратят «отоваривать» (я в этом глубоко уверен), на митинги будут ходить не тысяча человек, а десять тысяч. Потому что недовольных в стране очень много. Народ просто сжали этой вертикалью. Я развеселился, когда к Путину одна певица обратилась с вопросом, где ей сцеживать молоко. Я видел, как власть сама оказалась заложницей своей вертикали. Вот и сидят на местах бедолаги, которые ничего не делают и ждут сигналов из Кремля. Сцеживать молоко или не сцеживать? И получается, что везде проблемы - моногорода, где-то рвануло, где-то сгорело. И Путин сам летает на самолёте и гасит. Не хватит его одного на все пожары и потопы. Надо систему менять, чтобы всё работало независимо от того, какая на дворе политическая фамилия. Мы все - в пробке

«AиФ»: - А почему бы «несогласным» не митинговать в другом месте, где разрешено?
Ю. Ш.: - Кто-то сравнил эту ситуацию в стране с огромной пробкой. Всё стоит. Оппозиция и власть тоже стоят в этой пробке на Триумфальной площади.
«AиФ»: - Но кто-то же должен уступить. Чтобы разъехаться...
Ю. Ш.: - Эту гигантскую пробку может разрулить только Конституция, которую должны соблюдать все. И тогда страна поедет к светлому будущему, потому что Конституция у нас хорошая.
«AиФ»: - Недавно у твоей коллеги Земфиры мои сослуживцы поинтересовались, что она думает по поводу вырубки Химкинского леса и вообще оппозиции. Она ответила, что не знает ни чёткой программы оппозиции, ни её явного лидера.
Ю. Ш.: - Земфире я бы ответил: «Землячка моя дорогая, просто чуть больше читай, интересуйся. Есть масса умнейших людей в стране, которые думают о том, какие мы с тобой сейчас».
Программа постепенно сформируется. Москва ведь тоже не сразу строилась. Это не просто - поднять с колен такую огромную страну, где до сих пор разные эпохи сосуществуют вместе. В нашей стране есть глухое средневековье в каких-то регионах. Есть «светлое будущее», если взять Рублёвку и другие элитные посёлки, которые есть по всей стране. Недавно мы ехали к другу на дачу по Рублёвскому шоссе в сторону Звенигорода. И вот едем: ни полей, ни лесов, с двух сторон дороги 6-метровые заборы. От кого они прячутся? От природы? От журавлей в небе? Ты где-нибудь за границей видел такое?
«AиФ»: - Нигде.
Ю. Ш.: - А почему у нас это происходит? Потому что мы не доверяем друг другу. Мы не улыбаемся друг другу и от каждого ждём подлянки. Для начала нам нужно освободиться от этих заборов.
«AиФ»: - Почему твои коллеги-музыканты тебя не поддерживают в гражданских акциях?

Ю. Ш.: - Я не имею права осуждать своих коллег. На самом деле смелость разной бывает. Она такая же многогранная вещь, как любовь.
Бывает смелость физическая, когда один солдат идёт против роты врагов, а бывает интеллектуальная, как у Мандельштама, который, видя пьяного человека, из-за боязни с ним столкнуться перебегал на другую сторону улицы. А потом писал блестящие смелые стихи против Сталина. Если я за свободу мнений, за разномыслие и полемику, то как я могу всех заставлять дышать и действовать по-моему? Нам всем надо учиться слушать друг друга. Кстати, спасибо большое группе «Чайф» и Борису Гребенщикову за поддержку, которую я получил от них, когда молодёжные организации пытались нас поссорить в Интернете. «ДДТ» в «чёрном списке»

«AиФ»: - Ты не задумывался о том, что твоя гражданская позиция тебе когда-нибудь аукнется? Ведь на центральных телеканалах тебя давно не жалуют.
Ю. Ш.: - Некоторые мои коллеги говорят мне, что я себя пиарю. Ну, ребята, я бы всем такого пиара пожелал. Да, «ДДТ» - в «чёрном списке» на Центральном телевидении. Мне журналисты канала «Россия», в частности, признались, что не имеют права говорить обо мне в эфире. Вот тебе пример реакции на мою гражданскую позицию. Бывают времена, когда нужно выбирать: твоя личная карьера или судьба страны. Второе у меня перевешивает. Мне за державу обидно. Досье

Юрий Шевчук родился в 1957 г. в п. Ягодное Магаданской обл. Окончил художественно-графический факультет Башкирского государственного педагогического института. Основатель и лидер группы «ДДТ», которая существует с начала 80-х гг.

Что такое бедность?

dochka — Tue, 31 Aug 2010 01:12:02 GMT

Что такое бедность? Кто и почему с ней борется?

"Преодоление бедности требует революции, по масштабам превосходящей политическую: должна произойти революция нравственная"
Материал представляет собой подборку из 4 публицистических статей о бедности, среди авторов - журналисты и исследователи, размышляющие над проблемой бедности в России. Три первые статьи опубликованы в журнале "Русский репортер", четвертая - в жернале "Эксперт" в 2009 году. Оглавление

§1. Нормальные против бедных
§2. Бороться с бедностью выгодно
§3. Ловушки бедности
§4. Чтобы выиграть — меняй правила
§1
Нормальные против бедных

У нас есть странная привычка считать свою страну пусть не бедной, но и не богатой. У Жванецкого в кризисные девяностые даже родился афоризм: «В России появились первые в мире разорившиеся бедняки».
Однако сегодня мы все чаще говорим о бедности и о богатстве как о крайностях. Наверное, потому что у нас появились люди среднего достатка, а вместе с ними — и представление о нормальном благосостоянии.
Когда премьер Путин в конце прошлого года заговорил о борьбе с бедностью, стало понятно, что Россия вписывается в давнишний общемировой тренд. На Западе с бедностью борются уже около трех столетий. Нашим политикам стоит знать об истории этой борьбы хотя бы потому, что она далека от своего триумфального завершения.
Почему бедность непобедима? Когда-то немецкий философ Гегель сказал, что настоящее правительство возникает только тогда, когда богатство и бедность становятся очень велики и когда огромная масса людей не может удовлетворять свои потребности так, как привыкла. Гегель был достаточно честен, чтобы признать, что наличие полюсов бедности и богатства является условием существования правительства как такового.
С ним согласны многие современные непридворные социологи, которые считают, что бедность — плод самого общества, заложенных в его основании принципов производства и распределения общественных благ.
Конечно, есть множество индивидуальных тропинок, которые могут привести человека к бедности: леность, инвалидность, пьянство, наркомания, наконец, тривиальная беспечность. Но ведь с политических трибун объявляется борьба с массовыми проявлениями бедности, которая может стать общей судьбой отдельных социальных групп, например пенсионеров, или целых регионов и стран. Когда проблемы всех этих особых групп людей объединяются под одной рубрикой — «бедность», становится ясно, что исключенных из списка надежды будут спасать еще очень долго. Бедность — слишком обобщенное и расплывчатое название недуга. А лечение «болезни вообще» — занятие бесполезное.
Но дело ведь не только в политиках. Их отдающая фальшью риторика борьбы с бедностью находит сочувствие в обществе. Сначала от родителей-стариков отказываются дети, а потом государство вынуждено организовать для них дома престарелых. Сначала родители отказываются от своих непослушных и докучливых детей, а потом государство придумывает для них разные дисциплинарные заведения. Сначала родственники отказываются от неполноценных близких, а потом государство организует дома инвалидов. В конечном итоге, когда политик заявляет о том, что вот теперь-то государство обязательно будет бороться с бедностью, цивилизованное общество аплодирует: во-первых, ему обеспечено моральное алиби, во-вторых, оно может быть уверено, что все «исключенные» будут упрятаны подальше от уютного мира нормы и достатка в разные специализированные заведения.
Похоже, нищие и убогие всегда волновали людей нормальных и достойных только с одной стороны: в бедности с античных времен видели источник всяческих опасностей. И первые тюрьмы были созданы для того, чтобы физически изолировать бедных от приличных граждан.

Поэтому преодоление бедности требует революции, по масштабам превосходящей политическую: должна произойти революция нравственная.

Источник: «Русский репортер» №5 (84),12 февраля 2009 - http://expert.ru/printissues/russian_reporter/2009/05/bednost_editorial/
§2
Бороться с бедностью выгодно

Социолог Даниил Александров изучает бедность в локальном измерении. Он — профессор питерского филиала Высшей школы экономики и директор фонда поддержки социальных исследований «Хамовники». Фонд, созданный предпринимателем Александром Клячиным, реализовал программу изучения бедности в разных регионах России. Одна из задач — рассказать о бедности политикам, которые борются с ней, не представляя всех местных тонкостей.
Автор: Даниил Александров
А зачем политикам вообще бороться с бедностью?
Бедные — это та группа, на которую не действуют никакие сигналы — ни маркетинговые, ни политические. При этом известно, что это те слои, в которых поднимаются восстания. Государства всего мира борются с бедностью не из гуманизма, а из страха. Кроме того, бороться с бедностью выгодно. Бизнес заинтересован в том, чтобы и эти люди начали потреблять.
Почему же, если это так страшно и выгодно, мы никак не можем бедность победить?
Потому что мы пытаемся бороться с ней деньгами, а не умом и знанием. Вся большая политика — это «гладко было на бумаге, но забыли про овраги». Как довести деньги до тех, кому они предназначены, — чтобы их не разворовали и чтобы они оказались эффективными? Кому нужна помощь, а кому — стимул? Все это можно понять, только изучив ситуацию на месте. Ведь на уровне местных сообществ существует достаточно четкое представление о том, что такое достойная и недостойная бедность. С точки зрения большинства небедных людей достойны помощи те люди, которые не несут ответственности за свою бедность: инвалиды и семьи инвалидов, пожилые, одинокие, многодетные. Недостойными помощи считаются те, кто нарушает правила поведения в сообществе: чрезмерно употребляет алкоголь, рожает детей вне брака, покупает дорогой мобильный телефон, но не платит за квартиру.
И много вы видели бедных с дорогими мобильниками?
Как ни странно, да. Это одно из наших открытий. «На последнюю пятерочку куплю я тройку лошадей!» Такого рода бедность подогревается ростом потребительских стандартов. В нашем обществе пока нет четких понятий о том, что такое здоровое питание, но уже выработался стандарт на то, что такое дорогой мобильник. Одна из характеристик людей, которые погружаются в бедность, — это неумение управлять своими деньгами.
И как тогда, скажем, марсианину отличить бедного от небедного, если и те и другие ходят с дорогими мобильниками?
Главное — чтобы марсианин не начал искать на Земле таких же бедных, как на Марсе. Когда люди из Ульяновска приехали в поселок под Питером, где мы работали, они засмеялись: «У нас это называется богатством!» Мы в своих исследованиях исходим из того, что марсианин может выяснить, как сами люди определяют, что такое бедность, и, опираясь на это знание, найти эффективный инструмент.
Но если все настолько относительно, что же вы тогда изучаете?
Существует концепция «социального исключения». Лет сорок назад один французский аналитик доказал, что в его стране нет бедных в узком смысле — как в Африке, где голодают и умирают. Но есть люди, исключенные из социальной жизни общества. Может быть, нищий, который умеет просить деньги, имеет больше, чем неграмотный человек, который моет полы. Но тот человек включен в какую-то жизнь, у него есть постоянная работа, круг общения, его дети могут пойти в школу. А клошар парижский под мостом для общества не существует. Сейчас мы как раз занимаемся тем, что пытаемся обозначить и изучить группы «исключенных», но уже на российской почве. Вот пример: бывшие жители крупных городов, которые поменяли свои квартиры с доплатой на жилье в сельской местности. Местные чиновники характеризуют этих людей как «злостных неплательщиков», а поселковое сообщество считает их чужими и опасными. Один из сельских жителей определил их репутацию так: «Приличные люди к нам сюда не поедут».
А вы уже можете оценить, как нынешний кризис повлияет на картину бедности в стране?
Правительство не допустит массового закрытия предприятий, в итоге будет расти число «работающих бедных», то есть таких людей, которые стараются изо всех сил заработать на самое необходимое, но безуспешно. А значит, будут формироваться новые «ловушки бедности».

Источник: «Русский репортер» №5 (84), 12 февраля 2009 - http://expert.ru/printissues/russian_reporter/2009/05/qa_aleksandrov/

§3
Ловушки бедности

Автор: Юлия Вишневецкая
В России слово "бедность" произносится гораздо чаще, чем слово "богатство". Без него не обходится ни один серьезный разговор на социальную тему. Вместе с тем бедность - одно из самых неопределенных понятий. Кто такие бедные? Те, кто мало зарабатывает? Те, кто мало имеет? Или бедные - это просто недовольные? Кто беднее - пенсионер, который перебивается с молока на хлеб, живя в трехкомнатной квартире, семья с доходом свыше 100 тысяч рублей, кочующая по съемным квартирам, бомж, который в месяц только на одну водку тратит больше, чем мы на еду, или нищий художник, которого абсолютно устраивает его положение? Не знать, по каким законам зарождается и прогрессирует бедность, где расставлены ее ловушки, опасно для любой власти Бедность как ловушка

Подлесное Саратовской области — бесконечный степной поселок. Прямые, грязные и очень длинные улицы. Старые дома с четырехскатными крышами, когда-то — жилища поволжских немцев, которые давно свалили в свой фатерланд. Остались либо самые смелые, либо окончательно обрусевшие.
Антон Циммерманн гриппует после запоя, Ванька Рауш остался только потому, что не сдал «шпрахтест», Сашка Метц говорит, что ему и здесь хорошо: у него свой маленький автосервис. Еще в начале 80?х про поволжских немцев ходили легенды: трудолюбивые непьющие крестьяне, аккуратные дома, сытые коровы, чистые дети. Сегодня здесь это звучит как фантастика.
Я дохожу до окраины немецкой деревни и вдруг натыкаюсь на городскую кирпичную трехэтажку. За ней — еще одна. Иду дальше и, как во сне, попадаю в обшарпанный городской микрорайон — грязный, серый, изрытый. Между домами над землей проходят бледно-охристые трубы, обмотанные какими-то тряпками, на балконах повесилось белье, в подъездах мерзнут детские коляски. Много признаков жизни, но людей на улицах нет — как на старинной фотографии, где все, что движется, исчезает из-за длинной выдержки. В магазине «Успех» на мой вопрос «Где я?» продавщица отвечает, что раньше здесь был рабочий поселок, но вообще-то лучше спросить у местных, потому что она приехала недавно и знает мало.
Местных у меня найти не получается: кого ни спроси — все приезжие. Я захожу в подвал с вывеской «Ремонт обуви». Там громко стучит молотком круглолицый сапожник Юра, рядом на диване еще громче храпит мужик в куртке. Юра объясняет, что здесь раньше был «Комсомольскводстрой», который должен был качать воду из Волги и орошать земли Казахстана. Для рабочих этой водокачки и были построены трехэтажки. Сам Юра, впрочем, этого не видел, потому что приехал из Узбекистана, когда предприятие уже давно закрылось.
В подвал к Юре заходят узбек Камил и таджик Фарук. Просто так, пообедать. Вслед за ними — старуха, морщинистая, как кора дерева. Она тоже с виду похожа на узбечку, хотя на самом деле удмуртка, приехала из Ижевска в 70?е работать на водокачке. Все вместе пьют какой-то жуткий самогон, закусывая мизерными квадратиками сыра. Мужик в куртке невозмутимо храпит на диване, гости подтрунивают над ним. Дружба народов! Советский Союз! Ксенофобии в поселке нет, потому что тут все — мигранты.
Немцы, уезжая, продавали жилье по дешевке. На смену им приехали русские из Средней Азии, которые, в свою очередь, оказались инородцами в своих странах. Вслед за русскими потянулись их узбекские и таджикские знакомые — трудовые мигранты. Казалось бы, какую работу можно найти в этом захолустье? Но зато здесь есть друзья и квартиры стоят копейки. Можно жить здесь, а на заработки ездить в Москву или Сургут.
Камил прощается и говорит, что пойдет в общежитие. Я увязываюсь за ним. В общаге три этажа: на первом живут «бомжи», то есть алкоголики, на втором — почему-то в основном бабушки-пенсионерки, на третьем — мамаши с детьми. Все мужчины на заработках, но, сколько бы они ни привезли денег из Москвы, Саратова, Сургута, отсюда им, скорее всего, уже не выбраться. Купить квартиру в большом городе, имея нерегулярные и неофициальные заработки, невозможно. «А здесь хотя бы крыша над головой есть» — вот формула бедности для третьего этажа общаги поселка Подлесное. Так что даже такое благо, как собственное жилье, может оказаться ловушкой.
Заходим к Тане: она местная, то есть приехала сюда с родителями еще в детстве и хотя бы туманно помнит водокачку, ДК, танцевальный кружок. У Тани трое детей, живет она прилично, хотя, конечно, все в одной комнате, воды и телефона нет, туалет на улице. Но уютно: есть белорусская стенка и мягкий уголок. Дети играют в шахматы, Таня выглядит хорошо и молодо. Муж Тани тоже узбек, друг Камила, сейчас он в Москве на заработках.
— Дети растут без отцов, — резюмирует Таня.
Мы идем дальше по общаге. Камил — умница, очень правильный и героический узбек. Он здесь уже 10 лет, женат на русской. Шесть дней в неделю работает на другого узбека: делает гипсовые копилки — «свинья и разные зывотные». За производство символов благосостояния Камил ежемесячно получает семь тысяч рублей. Летом арендует землю у фермеров, выращивает овощи на продажу, живет прямо в поле, «в балагане». Освещая коридор общаги мобильником, Камил проводит меня по первому этажу. Там чудовищно. В комнатах грязь и смрад, у всех похмелье — и правда, бомжи, только в квартирах.
Камил заходит к друзьям, агитируя их завтра с утра встать и пойти рыть могилу.
— «Ритуал» фирма деньги дорого берет, а нам рублей по двести дадут!
— А кто умер-то? — недоверчиво спрашивает беззубый Васек.
— Да дедуска один! Из дома «Уциться-уциться»…
— Не пойду, — мрачно отвечает Васек и отворачивается к стене.
— Вот, видись! — торжествующе обращается ко мне Камил. — Работа-то есть! Не хотят люди…
В сущности, эта общага являет собой российскую бедность в разрезе. На первом этаже — окончательно деградировавшие люди, для которых нищета уже не проблема. На втором — трезвые старушки, в чьей бедности повинно государство, и только государство. А на третьем — те, для кого слово «бедность» пока не приговор. Волею судьбы они оказались в депрессивном поселке и делают все от них зависящее, чтобы вырваться из этой ловушки, но ловушка сильнее. Этим людям не нужны пособия и субсидии. Им нужен только инструмент спасения — веревочная лестница или лопата. Иначе… Не удивлюсь, если лет через двадцать встречу Камила на втором этаже или даже на первом.
«Ловушка бедности» — это социологический термин. На Западе он означает ситуацию, при которой человеку выгоднее получать социальное пособие, чем работать и платить налоги. У нас бедность расставляет другие ловушки. Их очень много. «Ловушка собственного жилья» — это лишь одна из них. Вот еще несколько. Ловушка нестабильности

Поселок Управленческий — один из сателлитов Самары, в получасе езды от центра. Здесь в 1940?е был построен моторостроительный завод. В советские времена Управленческий пользовался хорошей репутацией: поселок был интеллектуальным центром, работа здесь считалась престижной, жилье — элитным.
Сегодня это бедное, но милое и трогательное место, живущее своей особой жизнью. Все очень советское и как будто черно-белое — магазины, большой парк, кинотеатр «Космос». Завод работает очень странно: то задерживает зарплату — бывает, по несколько лет подряд, — то выдает деньги сразу мешками. Богатство и бедность сменяют здесь друг друга, как волны морского прибоя. После очередной зарплаты несколько недель люди чувствуют себя богачами, а потом — опять неизвестность. Но сочетание бедности и богатства в сумме все равно дает бедность. Одно из условий обеспеченной жизни — это ее стабильность.
Социологи выделили несколько тактик поведения человека, находящегося в «ловушке нестабильности». Одни пытаются растягивать деньги: ведут тетрадки расходов, выясняют, какая вещь прослужит дольше, и покупают ее, даже если она дороже. Другие ничего не считают, а действуют по принципу «чем дешевле, тем лучше». В итоге дешевая техника быстро ломается, кроссовки за 300 рублей изнашиваются через месяц — и бедность усугубляется. Третьи, наоборот, сорят деньгами: «Хоть неделю поживу как человек!» Четвертые начинают подрабатывать в десяти местах сразу и от этого тоже становятся бедными — не с точки зрения обеспеченности, а с точки зрения качества жизни. Ловушка собственного характера

В Управленческом живут Ольга Николаевна и Вера Николаевна — две родные сестры с очень схожими биографиями. Старшей около шестидесяти, младшей — за пятьдесят. Обе родились в Казахстане, в интеллигентной семье, вышли замуж за военных. Сначала в Управленческий переехала старшая, Вера: здесь для детей лучше климат. А в начале 90?х, когда в Казахстане начались гонения на русских, к сестре приехала Ольга с мужем. Вера Николаевна к тому времени уже успела прочно обосноваться в Управленческом, работала в прокуратуре, потом в совете ветеранов войны и труда. Про нее говорили: «Умеет жить».
Ольга, педагог по образованию, периодически сидит с соседским мальчиком, помогает ему делать уроки — иногда за деньги, но в основном бесплатно. Спрашиваю, почему она не пойдет работать няней в какую-нибудь обеспеченную семью.
— Да вот, зубы все себе хочу сделать — им же нужна красивая гувернантка, да мне и самой неудобно как-то в таком виде на работу идти.
Две сестры, два человека с одинаковыми стартовыми возможностями, живущих в одном и том же поселке. Жизнь прожита — осталась только одинаковая пенсия. Но у одной квартира хоть и маленькая, зато в ней хорошая мебель, кухня, камин и очень красивый настенный аквариум. А у другой дома голые стены и в холодильнике мышь повесилась.
— Ну, сами посудите: восьмого у меня была пенсия, половину сразу отдаю за квартиру, мамины лекарства, долги, остается только немного еды купить — и нет пенсии. Теперь надо как-то дотянуть до 25?го, когда у мужа зарплата… У сестры занимаю — больше не у кого. Экономлю. Иногда покупаю кости для собак, 30 рублей килограмм. Кости отдаю собаке, а мясо соскребешь потихоньку, через мясорубку провернешь с яйцом — котлетки будут.
Зарплата мужа положения не спасает: он сейчас в тюрьме работает, учит зэков делать электроприборы. Двенадцать тысяч получает. А до этого устроился в Самаре в боулинг-центр техническим сотрудником. На второй день приходит грустный, говорит: «Заставили меня убирать за клиентом, где он наблевал». Я ему тогда говорю: «Да уходи ты с этой работы: а что, если Маша с друзьями туда пойдет, как им в глаза смотреть?»
Маша — это 19?летняя дочь Ольги, студентка медицинского вуза. Единственная дорогая вещь в доме — Машин компьютер. Ловушка независимости

Маленькая деревня Золотово в Псковской области — два десятка одинаковых колхозных домов, покрашенных белой краской, вымирающий колхоз, стадо. В магазине пахнет хозяйственным мылом, на полках большие пакеты с печеньем, краска для волос, тетрадки, кастрюли. А что, если просто спросить, кого эти люди сами называют бедными?
— Вы лучше спросите, кто у нас тут не бедный! — говорит продавщица. Потом задумывается и называет три фамилии: бывшего зэка, дурачка-инвалида и обрусевшего цыгана.
Удивительно, но в районной соцзащите мне называют те же три фамилии. Интересно, как они их вычислили? По словам односельчан? Или, наоборот, в деревне к бедным причисляют тех, к кому ездит соцзащита?
— Чаще всего соседи звонят, когда видят, что страдают дети, — поясняет приветливая блондинистая сотрудница, похожая на учительницу.
— И что вы тогда делаете?
— Проводим рейды. Сначала профилактические, потом воспитательные, затем, если не помогает, забираем детей в приют на шесть месяцев. Если за это время семья не исправится — лишение родительских прав и детдом.
Я напрашиваюсь в профилактический рейд. ПГТ Красногородск. Четыре с половиной тысячи жителей. Старинный крепостной вал на берегу заросшей водорослями реки, мост, алюминиевый солдат. Отсюда, кстати, по сценарию рванули в столицу героини фильма «Москва слезам не верит» — правда, в реальности местные чаще едут завоевывать Питер.
— А непьющие бедные у вас бывают?
Оказывается, бывают. Мы стучимся в покосившийся серый дом. Со стороны кажется, что он нежилой: часть окон заколочена, на заборе висят какие-то грязные тряпки. Внутри хаос: все время кто-то заходит, выходит, требует закрыть дверь, раздевается, одевается, звонит по мобильнику.
Чисто, но бардак.
— Да какие мы бедные! Мы самого президента прокормим! — обиженно восклицает пятнадцатилетняя Марина, похожая на мальчика. — Мама, не вой. Да что ты все воешь?
Мама то смеется, то вытирает слезы, то прикрикивает на кого-то. Угощает меня магазинными размороженными блинчиками. Она толстая симпатичная тетка в камуфляжных штанах, бывшая доярка, мать десятерых детей, половина из которых уже взрослые. Вместе с внуками в двухкомнатной хибаре прописаны семнадцать Степановых.
— А вам кто-нибудь помогает?
— А зачем нам помогать? Мы сами всем помогаем! Чуть что — сразу к нам бегут: у нас народу много, все делать умеем.
Я осторожно интересуюсь, почему дети не ходят в школу.
— Не любят нас там, многодетных. Сразу думают, чего-то просить будем. Вот и Антошку в коррекционный класс отправили — будто он дебил какой. А у него просто такая особенность: пишет одними согласными, без гласных. Бог его знает, почему…
Никто из Степановых не имеет постоянной работы, все живут за счет разовых, сезонных доходов.
— А зачем я на работу пойду за две тысячи? Это ж шесть дней в неделю пахать надо! Я лучше завтра в лес поеду, клюквы за день наберу на те же деньги. А если все вместе пойдем — вот и считайте.
— А на бирже вы стоите?
— Вот еще! Ходить туда отмечаться, 700 рублей у них клянчить! Не надо нам ничего от государства, нечего на него надеяться. Сколько я писала, просила жилье — бесполезно. Государство о нас вспоминает, только когда ребятам в армию идти. А пойдемте завтра с нами за клюквой!
Ягодный бизнес — один из главных способов выживания в этой местности. «В ягоды» ходят все, от детей до пенсионеров, от алкоголиков до чиновников. С июня, когда созревает черника, до зимы, пока под снегом есть клюква. Ягоду принимают по 45 рублей за килограмм, но оптом — дороже. Поэтому в Красногородске есть несколько частных автобусов, хозяева которых отвозят людей в лес, принимают у них ягоды и перепродают по 50 рублей.
В семь утра бедолаги, ежась от синего сумеречного холода, собираются возле местного ДК. Компания разношерстная: Марина, похожая на мальчика, из семьи Степановых, ее школьная подружка, молодые парни в кожаных куртках, тихая дрожащая от похмелья бабушка-одиночка, дядька без пальцев на правой руке, который приехал сюда из Питера, когда дочка нашла его через «Жди меня». Поодаль обнимается взрослая пара — им уже за тридцать, но они жмутся друг к другу нежно, как подростки. Перед самым выездом подтянулся еще улыбчивый олигофрен, как две капли воды похожий на одного моего приятеля с философского факультета.
— Хватит его фотографировать, я ревную! — кричит Марина. — Это моя любовь, выйду за него замуж, если в болоте не потеряется.
Интересно, что в компании из двадцати человек всего одна пенсионерка, остальные — здоровые сильные люди. На вопрос, почему ездят за ягодами, почти все отвечают: «А какой смысл работать за две тысячи?»
Хозяин бизнеса — толстый усатый Слава в тельняшке. У него хороший двухэтажный дом, машина. На пороге зевает его жена в халате, похожая на купчиху Островского. Слава по ночам работает в кочегарке, а по выходным — художником-оформителем в ДК: «Чтобы стаж шел, а как же». На мои вопросы о бедности Слава отвечает скептически:
— Вот вы говорите — бедность! А я вам скажу: что это за бедность, если она в магазин идет и на все деньги детям сникерсов купит, а себе — пива? Здесь же все видно!
Посовещавшись, компания выбирает место работы, некое Барашково. Мы едем долго, часа полтора. По дороге все постепенно просыпаются, курят, пьют пиво, шутят, крутят музыку в мобильниках. Атмосфера веселая и здоровая. Останавливаемся там, где дорога совсем теряется в красно-желтом болоте. Мой телефон ловит иностранную сеть — мы на границе с Латвией. Случалось, что люди здесь плутали и уходили за границу.
Водитель назначает встречу на пять часов вечера. Все берут ведра, надевают резиновые сапоги и стремительно уходят в болото, стараясь держаться подальше друг от друга, но при этом не теряясь из виду. Меня облепила мошкара, ноги промокли, я с трудом поспеваю за своими собеседниками. Они работают очень быстро, в основном скребками, которые здесь называются «комбайнами». Я поражаюсь, что в среде явных раздолбаев, люмпенов и асоциальных элементов возможен такой уровень самоорганизации и дисциплины. Еще я с удивлением вижу, что они совсем не ленивые и очень амбициозные. Вечером все возвращаются с огромными мешками клюквы на плечах, хвастаются друг перед другом.
Получается, что за пределы социума здесь выброшены самые активные, так как их амбиции не укладываются в ежемесячные две тысячи, а другой реальной и постоянной работы в поселке нет. В городе люди с подобным складом характера как раз «пробиваются», а здесь — уходят в маргиналы. Местное сообщество вытесняет их в свой подвал, в область страшного, туда, где человек нигде не числится, не имеет вообще никакого статуса. Большинство людей в деревне предпочли бы работать за бесплатно, чем оказаться там.
Но если уж человек там оказался, никакими субсидиями его не вытащить. «Социально исключенные» люди не умеют ни получать деньги, ни рационально их распределять. На Западе выгоднее получать социальное пособие, чем работать. У нас наоборот — выгоднее пойти за ягодами, чем в службу занятости.
Если государство действительно заинтересовано в борьбе с бедностью, то надо думать прежде всего о занятости, о малом бизнесе, о мобильности населения. Пока же власти откупаются от решения этих задач сотнями мизерных выплат. В итоге в борьбе с нищетой государство само попадает в «ловушку бедности».
Но есть еще одна сторона этой проблемы — которая всегда была, есть и, слава богу, будет. И на этот раз речь вовсе не о ловушке. Бедность как выбор

Глебучев овраг через весь Саратов тянется: от Волги до вокзала, и живет в овраге сплошная нищета. Розовые, голубые, синие домишки друг на друге, как грибы поганые, лепятся на крутосклонах, того и гляди верхний домишко на своего нижнего соседа загремит. В летнюю пору банная вода посредине оврага течет, растет колючий репей, ребята на свиньях верхом катаются…»
Удивительно, но со времен Н. Орешина, писавшего эти строки в XIX веке, мало что изменилось. Саратовские социологи утверждают, что Глебовраг — место, «наследующее бедность».
Здесь можно увидеть наглядную иллюстрацию социального расслоения. Наверху, по краям — дорогие коттеджи, посередине — дома попроще, на дне — ветхие покосившиеся хижины, самострой. Почва тут нетвердая, дома постепенно уходят в землю и от этого кажутся живыми организмами.
Раньше это была городская окраина, трущобы. Постепенно местность обросла новостройками, а Глебовраг превратился в неподконтрольный властям кусок «частного сектора» в центре города. Из благ цивилизации — одно электричество. Отопление печное, вода — из колонки, вместо улиц — козьи тропы, адреса домов невообразимо перепутаны, сюда не проедет ни милиция, ни «скорая». Про Глебовраг ходят угрюмые бандитские легенды.
Отсюда якобы пошла некогда гулять по стране «Черная кошка» — прототип банды из фильма «Место встречи изменить нельзя».
Отношений между богатыми, которые наверху, и бедными, которые внизу, нет почти никаких. Промежуточным звеном стали саратовские художники, которые объединились вокруг местного музея. Оказывается, в Глебовраге родился и вырос художник Павел Кузнецов, жизнерадостный модернист, путешественник, член объединений «Мир искусства» и «Голубая роза». Здесь, на берегу коллектора, стоит его дом-музей, которым сегодня управляют два бородатых Игоря — Сорокин и Гришин.
— Это удивительное место! — говорят дядьки. — Здесь проходит разлом земной коры, поэтому из-под земли поднимается веселящий газ радон. И энергия, которую он дает, вызывает невероятный всплеск позитива. Здесь можно либо очень высоко подняться, как Кузнецов, либо погрузиться на дно и погибнуть.
Благодаря музею Глебовраг стал центром богемной жизни Саратова: художники устраивают здесь акции, проводят семинары по изучению оврага, пишут путеводители, приносят символические жертвы местным духам. Ежегодно в день рождения Кузнецова устраивают «самую короткую выставку в мире» — выстраиваются в ряд со своими картинами и фотографируются.
Если Сорокин и Гришин — это продюсеры оврага, то Анатолий Назаров — его душа. Я даже не знаю, как назвать этого художника. Стихийный постмодернист, наверное. В Питере он был бы митьком. Он и здесь митек, только не знает об этом. Мне долго не удавалось попасть к нему в гости — художник все время спал.
Шестидесятилетний Назаров живет в лачуге рядом с музеем, у него крохотная мастерская, похожая на железнодорожное купе. В соседних комнатах — племянник и его жена, с которыми Назаров живет подчиненно-обособленно, как подросток с родителями. Назаров — настоящий, самозабвенный, чистосердечный алкаш.
У него зрение насекомого — все на свете ему видится составленным из маленьких штучек: он делает пейзажи из кусочков дерева, из веревочек, из бумажек. Назаров показывает мне свою главную драгоценность — портрет Льва Толстого, склеенный из обрывков журнала «Огонек». Ясно, что, создавая этот коллаж, художник и не догадывался о существовании всяческого поп-арта — скорее всего, у него просто не было денег на краски.
— Приезжали ко мне и из Питера, и из Москвы, хотели купить портрет. Но я никому не отдам. Его место в Ясной Поляне.
Назаров — гений своего места. Он очень любит Глебучев овраг, не хочет отсюда уезжать, здесь прошло его детство. На прощание он дарит мне свою картину, смешной автопортрет из кусков фанеры. А я переписываю себе в тетрадку его стихотворение: «Люблю я улицы старинные./ Короткие и длинные./ Наличников резьба./ Из бревен сложена изба./ Кошка сидит на окне,/ Приветливо подмигивает мне».
Наверное, в сводках местных борцов с бедностью фамилия Назарова написана крупными буквами. Они бы сильно удивились, если бы узнали, что он один из счастливейших людей в Саратове. И я почти не сомневаюсь, что лет через пятьдесят в Глебовраге появится музей еще одного художника.

Источник: «Русский репортер» №5 (84), 12 февраля 2009 - http://expert.ru/printissues/russian_reporter/2009/05/bednost/

§4
Чтобы выиграть — меняй правила
Автор: Александр Механик Механически насадить либеральные ценности можно не в любой культурной среде, считает Лоуренс Харрисон. Значит, надо трансформировать саму эту среду.
Более тридцати последних лет в мире господствовал неолиберализм, построенный на экономоцентрической идее: рынок решает все. Достаточно ввести директивным путем вместо традиционных форм хозяйствования (или, как в соцстранах, вместо планового хозяйства) рынок и некий набор того, что принято считать институтами либерального капитализма, — и все заработает само собой.
Закономерно эта теория легла на душу либо военным диктаторам типа Пиночета, верящим в силу приказа (им новая доктрина давала возможность отдать такой приказ — строить либерализм), либо бывшим марксистам-ленинцам (они — как в России — перенесли свою почти религиозную веру в существование объективных законов истории с марксизма-ленинизма на всепобеждающий либерализм).
Провал примитивных лозунгов и простых решений, проповедуемых неолиберализмом, заставил вспомнить, что кроме рынка существует еще и культура. Как замечает автор исследуемой книги, «без учета роли культуры и/или изменений культуры невозможно ответить на ряд базовых вопросов о факторах развития человечества». И теперь ученые-либералы всего мира решают другую проблему: поддается ли культура таким изменениям, которые делают ее восприимчивой к либеральным ценностям?
Лоуренс Харрисон задался целью показать, что определенная политика позволяет менять культурные основания таким вот желанным образом. Причем книга его — не просто размышления теоретика, но подведение итогов большого проекта «Культура имеет значение», в рамках которого проводились и «полевые исследования». Не подвергая в целом сомнению квалификацию экспертов, участвовавших в проекте, сразу отметим: судя по примерам, приводимым в книге, с Россией и Грузией у них получилось не очень. Скажем, сравнение Новгородской и Псковской областей (которые выбраны репрезентировать российские проблемы) выглядит по меньшей мере наивно. Вот пассаж про Новгородскую область: «После 1989 года она была нетипично успешной в укреплении демократических институтов». Всякий, кто представляет себе стиль бывшего губернатора Новгородской области, понимает, что о демократии тут говорить сложно. А вот пассаж про Грузию из работы грузинского эксперта: «Хотя православное христианство (которое автор считает нелиберальным по культурным основам. — «Эксперт») является частью этой (грузинской. — «Эксперт») идентичности… именно Грузинская православная церковь подверглась изменениям под влиянием более прогрессивной грузинской культуры».
И в том, и в другом случае сомнительные посылки и выводы, надо думать, — следствие некритичного приятия тех, кого на Западе постановили считать демократическими реформаторами. Справедливости ради отметим, что России автор уделяет второстепенное внимание, и слава Богу. Потому что неудачный подбор экспертов мог бы погубить всю идею этой книги. Но российский читатель не может не обратить внимания на еще одно место, посвященное России. Обсуждая точку зрения известного экономиста Джеффри Сакса, который был одним из разработчиков политики «шоковой терапии» в Боливии, Польше и России, а с осени 1991?го по январь 1994?го руководил группой экономических советников президента Ельцина, Харрисон приводит его слова, сказанные после кризиса 1898?го: «…культура, вероятно, сыграла свою роль в экономическом крахе России». Правда, Харрисон не спросил Сакса, почему же он — как и сонм других советников и те, кого они обслуживали, — не задумались об этом, когда проводили реформы так, как их проводили. Ведь ко всем ним буквально применимы слова одного из экспертов, которого с большим одобрением цитирует Харрисон: «Надменные политические элиты не видят большого смысла в том, чтобы читать работы, оценивающие состояние дел, или задавать какие-либо вопросы тем, кто мог бы дать совет, так как верят, что в силу своих постов и положения и сами знают все нужные ответы».
Однако невозможно не согласиться с ключевым посылом автора: странам и народам, испытывающим по разным причинам проблемы в своем развитии, надо не зацикливаться на прошлом и не искать виноватых, а засучивать рукава и работать — в том числе меняя те культурные основания, которые мешают развитию. Как об этом пишет Бернард Льюис, которого цитирует Харрисон, «когда люди приходят к пониманию, что все идет не так, они могут задать себе два вопроса: "Что мы сделали не так?” и "Кто виноват?”. Второй вопрос ведет к теориям заговора и паранойе. Первый вопрос ведет в другом направлении: "Как нам это поправить?”». И автор сравнивает примеры арабского мира и Латинской Америки, где все время пытаются ответить на второй вопрос, с Японией и современным Китаем, где вполне успешно реализуют ответ на первый.
Среди прочих факторов, которые значимо влияют на культуру современного общества, Харрисон выделяет три: религию, образование и СМИ. И если первые два фактора обсуждаются у нас постоянно, то тезис о роли СМИ как инструмента сознательного формирования культурных основ воспринимаются либо как покушение на свободу, либо как оправдание цензуры. А дело, видимо, в культуре использования самих СМИ, в способности власти, опираясь на СМИ как на инструмент воспитания, соблюсти меру. Но не замечать, как написал итальянский автор, цитируемый Харрисоном, что «фильмы, популярная музыка, телевидение и реклама не т

Если я не люблю свою Родину.

dochka — Thu, 29 Jul 2010 23:43:06 GMT

Если я не люблю свою Родину, то рано или поздно я отдам её Антихристу.

Беседа с президентом Союза христиан-военнослужащих Олегом Аскаленком Правая. Ру: Олег, в наш век глобализации, когда люди все чаще перестают друг друга понимать, все меньше остается способов обратиться к человеку, докричаться до его души. И среди этих немногих способов остается любовь к своей земле. На Ваш взгляд, может ли быть использовано чувство патриотизма в деле миссии? Олег Аскалёнок: У каждого свое понимание патриотизма. У Сталина – свое, и у Путина свое. С точки зрения политики все меняется, все преходяще. Кутузова мы сейчас все признаем как русского патриота. А между прочим, Александр I его патриотом не считал, потому что Кутузов постоянно отступал, сдавал Москву и так далее. Или взять Солженицына. Патриот он или нет? Сейчас мы говорим, что он конечно — патриот. А он был диссидентом, его выгнали отсюда с позором. Сам по себе вопрос патриотизма размыт. Я патриотизм определяю с библейских позиций. Точка отсчета – Священное Писание. Это когда-то для меня патриот был тот, кто ест гречневую кашу и блины. А сейчас я этот вопрос рассматриваю со строго библейских позиций. И сейчас я задаю себе вопрос: что такое патриотизм? И отвечаю: это любовь к земле, к тому месту, где ты родился и вырос. В чем эта любовь выражается? Для меня патриотизм – это то, что Иисус говорил о патриотизме — люби ближнего своего, как самого себя. Патриотизм – это и есть любовь к ближнему, не делания ему зла, забота о нем. А у нас сейчас столько «патриотов» развелось, куда не посмотри – одни «патриоты»! И при этом огромное количество алкоголиков, аборты, а в армии – сплошная дедовщина. Да еще такая, что матери говорят: давайте объявим бойкот призыву. Бардак тотальный. Но откуда берется настоящий патриотизм? Патриотизм – это когда люди уважают друг друга, когда чистые подъезды, везде порядок и все ухожено… - Но речь идет не о патриотизме как государственной идеологии, а как о естественном чувстве, о естественном мировоззрении. Речь идет о любви к коллективному ближнему. Некоторые сейчас говорят, что любить Родину не надо, потому что самого такого понятия в Писании нет и ничего об этом якобы не написано и что есть только одна Родина – на Небесах. Как быть? - Самого слова «патриотизм» в Библии, конечно, нет, если перевести его дословно. Но нельзя любить ближнего, если ты не любишь тех людей, кто живет вокруг тебя. Это означает любить своих людей и свою страну. Хочу сразу оговориться — страна и государство – разные для меня вещи. Государство иногда делает все, чтобы перевернуть все иначе. А страна – это дело совсем другое. Пришел как-то ко мне один корреспондент и спрашивает: «Вот, вы — баптист, о чем вы будете молиться на поле боя?». Я ему так и отвечаю: «Знаете, буду молиться, чтобы моя рука не дрогнула и мушка с прицела не соскочила». Вокруг моих слов был большой шум. Но для меня все очень просто. Какой-то особой дилеммы для меня в этом отношении не стоит. Бери оружие и защищай Родину. Первый принцип — возлюбить ближнего своего, а второй принцип – отдавать душу за этого ближнего, если потребуется. Но как его любить, если я буду смотреть на него равнодушно, когда он находиться в беде? Любовь для меня это – действие. Был один случай. Повстречал я несколько лет назад мужика, который работал на объекте сторожем зимою. Зарплату ему не платили, теплой одежды не выдавали. А он по ночам дежурил, мёрз страшно. Я ему отдал свою лётную куртку, обогрел, накормил. И только после этого я стал говорить ему о Евангелии. Иначе какая это любовь? Что подумает этот человек? «Ты парень, конечно, молодец, о Боге рассуждаешь красиво, а я тут замерзаю». А когда я ему помог, его даже любопытство разобрало: «А чего ты это для меня все делаешь?». Вот тогда уже я начал говорить ему о Боге, спокойно, не навязывая ничего. И сейчас у нас с ним отличные отношения. - Огромное количество людей испытывают естественную привязанность к своей земле. Не важно, через какую идеологию они прошли: старую советскую, новую российскую, или еще какую. Важно другое — нельзя просто взять и вычленить эти чувства из человеческой натуры. Поэтому возникает такой вопрос: если от этих чувств нельзя отказаться, то можно ли это чувства использовать? Ведь мы знаем, что они являются очень мощным фактором, определяющим самосознание человека в окружающем его мире, конституируют человеческую личность. Можно ли этот фактор игнорировать в деле миссии? - Если он есть, то игнорировать его будет глупо. Его нужно использовать. Взаимоотношения эти всегда надо учитывать, иначе будем потом расхлебывать проблемы. Если я — русский, то у меня есть все равно восприятия этой территории, этого народа. Но все нужно делать правильно. Вот у меня есть знакомый парень. Он пошел служить в армию в 2001 году. Пошел сам, потому что он был такой настырный. Он попал в Севастополь на флот и ему там сломали позвоночник. И он теперь прикован к инвалидному креслу. Как ему говорить о любви к Родине, которая его «бортанула» таким образом? Но моя задача — объяснить, что Бог его любит и почему, если он его любит, этот парень оказался именно в таком положении. А объяснив, попытаться примирить его с этим положением. Понятное дело, я не начну с ним разговор о патриотизме, о любви к Родине. Истерию нагнетать – не наша сфера. Но есть и другое. Мне недавно попался на глаза один интересный сайт. Там изображен Храм Христа Спасителя с полумесяцом вместо креста на куполе. И подпись: «Ислам – религия для русских». Это тоже – люди, которые среди нас живут. Как тут быть? Наше дело – проповедовать любовь. Моя задача – открыть человеку Христа, показать ему Его сердце. Вспомните главу из Деяний о праведном сотнике Корнилии. Сказано, что его одобрял весь народ иудейский. Для наших реалий это приблизительно то же самое, если бы оккупированная Украина вдруг начала одобрять какого-нибудь гестаповца. А римляне были оккупантами для Иудеи в каком-то смысле похлеще, чем гитлеровцы на Украине. И возникает вопрос, который я задал нашим генералам: где нам набрать таких Корнилиев для нашей армии? Но Бог говорит, что наличие самого по себе Корнилия еще мало. Он говорит: пошли за Петром, потому что придет человек Божий и тебе надлежит спастись – тебе и всему дому твоему. И поэтому, если любовь к Родине спасает, то тогда – аминь, я буду проповедовать любовь к Родине. Но проблема в том, что сама по себе любовь к Родине не спасает. Масса людей, которые любят свою Родину, идут в погибель и пропадают без Бога. Наша проблема в том, что мы ищем врагов, а не друзей. Как же проповедовать любовь? Был у нас в казарме такой случай. Один верующий солдат пришел служить и его стали регулярно избивать. Говорили ему: «До тебя тут служил один стукач, ты пришел тоже, чтобы стучать на нас?». Ну а поскольку верующему врать нельзя, он отвечает: «Буду. Причем регулярно. Но не офицерам, а Богу». И тогда ему придумали наказание. Дали этому солдату табуретку и сказали: «Будешь на ней стоять и читать солдатам Библию, пока не они позасыпают». И он целый месяц стоял и читал Библию, благодаря Господа за такое «наказание». И там был еще один хлопец из Дагестана, который этого верующего солдата избивал. Он его бьет, а солдат улыбается. Тот его спрашивает: «Ты чего улыбаешься?». Он говорит: «Я Бога люблю». Дагестанец говорит: «Я тоже бога люблю». Верующий солдат ему отвечает: «Нет, кто любит Бога, тот так не поступает, как ты». И вот через неделю этот дагестанец перестал драться, потом перестал материться. Потом как-то ночью поднимает его и ведет в соседнюю казарму. Верующий идет, а у самого ноги ватные, потому что он не знает, что сейчас с ним сделают. Приводит его дагестанец, а там еще 70 человек мусульман сидят. И ему дагестанец говорит: «расскажи о том Боге, которого ты любишь». И стали его регулярно водить. В результате 30 человек обратились ко Христу. У них там образовалась своеобразная такая «ночная церковь». Дедовщина прекратилась и прочие безобразия. Патриот ли это солдат? Для меня – конечно патриот. - Мы говорим о патриотизме, как о языке. Понятно, что любовь к Родине без любви к Богу быть не может. Это нонсенс. Вся история человечества доказывает этот факт. А мы же говорим о любви к Родине еще и в таких обстоятельствах, когда она неизбежна. Человек держит в руках оружие, чтобы ее защищать. Он принимал присягу, в конце концов… - Я свой рассказ офицерам всегда начинаю с книги Суворова, с того момента, где он размышляет о качествах воина. И перечисляет их: патриотизм, отвага, мужество, смелость, смекалка. И тут же он приводит цитаты из Библии. Этот человек никогда не начинал ни одного сражения без возношения молитвы к Богу. Суворов говорил: «Бог – наш генерал, он нас водит, от него победа». Если я буду говорить, что Суворов был протестантом, то это будет неправдой. Он был православным. Чем был силен русский солдат? Не численностью, не оружием, а прежде всего – силой своего духа. Не зря ведь русское воинство было христолюбивым воинством. Поэтому проповедь в армии должна обратить воина ко Христу и показать ему, что его сила — в Боге. Только оттуда он может черпать источник своих побед. Конечно, мы имеем дело с измененными судьбами людей, измененными обстоятельствами. А обстоятельства у всех разные, не говоря уже про их влияние. Вот Петр идет по воде, глядит в глаза Иисуса и для него вода становиться дорожным асфальтом. А когда начинает смотреть на обстоятельства – он начинает тонуть. Мы не призываем солдат не служить. У нас есть лагеря и военно-патриотические клубы. И если родители приводят к нам своего ребенка и пишут заявление, что они согласны, если его сына готовят в армию в нашем лагере. Мы учим молодого человека не только по вере, а по закону исполнять, что ему положено. Кесарю – кесарево, а Богу – Божье. Кесарь придумал службу, значит надо идти и служить. Нам говорит молодой человек: а я боюсь служить. Я тогда отвечаю: раз боишься, читай пророка Даниила, как он сидел во рву со львами и про пещь огненную с отроками. - Олег, Вы упомянули о военно-патриотических клубах доармейской подготовки. Сколько их у вас, как много людей посещают их? Насколько они вообще эффективны? - Постоянно действующих клуба пока три. Мы проводим также военно-христианские лагеря. Работают там бывшие офицеры. Есть у нас и действующие офицеры, а также верующие. Они собирают детей. Половина детей приходят из подвалов и улиц, половина – нормальные дети. 10-12 дней устраиваем такие сборы. Мы действуем через церкви – все происходит за счет их ресурсов, финансов. Там, в лагерях уже разбирается библейская тема – кто воин по сердцу Божиему? Разбираем все подобные вопросы. У нас есть спецназовцы, которые обратились к Богу. Они работают инструкторами, следят за боевой подготовкой ребят. Верующие следят за духовной подготовкой. Сначала, в первые дни дети говорят: нам трудно, заберите нас отсюда. А потом говорят: мы не хотим уезжать. Настолько большое желание у них было продолжать эти встречи, что потом они стали проходить два раза в неделю. Немало случаев, когда в армию уходили такие ребята, а потом офицеры частей, куда они ушли, говорили нам: мы никогда еще не получали настолько подготовленных солдат. И сами ребята говорили, что если бы не наши клубы, то им в армии было бы намного тяжелее. Мы объясняем, что такое дедовщина, как воспринимать это явление, что с ним делать. Главное – чтобы на тебе оно не продолжалось, не двинулись эти «традиции» дальше. - А в действующей армии вы работаете? - В частях мы тоже проводим подобную работу. Некоторые офицеры нам так и говорят: «Хоть черта проповедуйте, но сделайте так, чтобы у нас не вешались и не стрелялись». Ужас ведь что сейчас в военных частях творится в регионах, какая динамика суицидов! Мы приходим к командирам частей и говорим: «Вам ведь все равно, что будет. Давай мы попробуем». Через три года – идеальный порядок. - Есть ли у вас программы и специальные методики такой работы? - По каждому отдельному случае пока мы действуем отдельно. Но мы сейчас, правда, готовим отдельную книгу, где есть академически выверенные методики и программа, в которую входит 54 занятия. Помимо проповедей, показываем фильмы, потом на основании просмотра строим занятия. Показываем самые разные картины – от боевиков до «Бен-Гура». И говорим после каждого фильма на основе увиденного: как надо поступать, а как поступать не надо. Потом этот великолепный фильм «Остров» — он в армии сейчас просто на «ура» идет. Раскаяние, возвращение человека к Богу. Нужно еще понять, что мы в армии не проповедуем протестантизм. Мы говорим о христианстве в армии. Мы в своем журнале публикуем самые разные точки зрения, не только протестантов. Есть у нас и православные. Мне очень много достается от тех и от других. Одна история с «камуфляжной Библией» что стоит. Нам говорят православные, что мы что-то там от себя напечатали. Особенно православным не нравится «Божий план спасения». Мы говорим: напечатайте тогда свое. Пусть о вас узнают от вас самих. Но ведь этого нет. А пока мы все ругаемся, общее дело стоит. - То есть, вы открыты для других точек зрения? - Конечно. Более того — ко мне часто православные приходят, спрашивают, как и что делать. У меня друзей много среди православных. И среди моих знакомых военных в наших обществах тоже много православных. Я им говорю: давайте искать те точки соприкосновения, которые нас объединяют, а не разъединяют. Сегодня, хотим мы того или нет, мы стоим перед угрозой исламизации. Если мы еще и друг другу будем чубы сшибать, то ничего хорошего от этого не будет. Сейчас русский Ванька пьет, его на миллион в год меньше становится. Демография среди русских отвратительная. А «там» с демографией все в порядке. У них такая еще тенденция: а зачем завоевывать Россию, когда ее можно тихо получить? В Чечне рождаемость составляет +30. В Пензенской области: -14. Взять хотя бы Китай. Фиктивный брак в Приморье стоит 5 тысяч долларов. Вот вам и «война». Что же касается армии, то нельзя не отметить неграмотное поведение многих православных священников в армии. Взять хотя бы их чванство. У меня мужья сестер – православные священники. Они меня просят: «Ты только не говори, что ты – наш родственник, а то наши карьеры будут под угрозой». Мы встречаемся и часто обсуждаем общие проблемы. Один из них ко мне приходит и просит совета. Говорит, хочу тут молодежную работу у себя затеять. Я говорю: очень хорошо. Мы садимся, обсуждаем. Он говорит: «Все классно, сейчас пойду со всем этим к отцам, спрошу, что отцы скажут». А отцы – бабах! – и его сразу «приземлили». А что сделать? Есть священники, а есть Православие и это для меня в очень многих ситуациях — разные вещи. Есть замечательные священники. В Чечне с одним встречаемся. Он – иеромонах, звать вроде отцом Александром. Но все его зовут «батяня». Такова его «кличка» в армии. Шесть раз его в плен брали, сам уже без зубов. Но так он любит этих солдат, что его просто так не обойдешь. Мы идем одетые в камуфляж, а он увидел нас, кидается к нам с объятиями: «Ребятки!». Мы ему вроде объяснять, что мы – баптисты, протестанты, а он в ответ: «Да какие вы протестанты! Братаны!!». И давай обниматься со слезами. Критиковать таких легче всего, а вот съезди и поработай в Чечне, как он. - Вы и в Чечне ведете работу? - В Чечне мы тоже ведем работу. По 2-3 раза в месяц туда выезжаем. А там без разницы, кто приезжает с проповедью к солдатам, никто на это внимания не обращает. Солдатам Евангелия раздаем. Нужно сказать, что чеченцы очень хорошо нас принимают. Пока ты в его доме – ничего с тобой не случится. Был такой случай – одного нашего мусульмане попросили почитать «из своей книги». А у него руки грязные были. Он пошел, без какой-либо задней мысли руки помыл с мылом, приходит им читать, открывает Библию. А для чеченцев уже одного этого знака было достаточно – сами они никогда без омовения рук за Коран не примутся. И они говорят: «Эта вера – настоящая!». Я часто езжу по разным странам, по армиям, спрашиваю, как у вас там. Поразил один случай. В Америке, в одну часть прислали пять православных из «бывших русских». Только их привезли – сразу им выделен был капеллан православный. Их мало, но уже свой капеллан. Самое большое потрясение у меня вызвали корейцы. У них сейчас 60% офицеров – верующие христиане. Причем не только номинальные. Когда корейский курсант поступает в училище, ему говорят: солдат – это твой сын, это твой младший брат. И ты его должен любить, как своего брата. И вот это их патриотизм. Супер! В одной части там было крещение. Каждый месяц они в этой части крестят 5-6 тысяч солдат. Ежегодно крестят 220 тысяч солдат и офицеров. Не служить в армии для корейца – страшный позор. Там нет никакой контрактной системы, все по призыву. И все служат. Уже детей готовят к службе. Вот это – армия! - А вы сами как относитесь к институту капелланов в российской армии? - Вопрос о капелланстве для нашей армии неоднозначный. С одной стороны — я за, с другой – против. Капеллан ведь в первую очередь – военный. Появятся «старшие капелланы», «младшие капелланы», «форма 47» и все прочее. Потом введут строгое присутствие на молитве и сразу же эту идею затопчут. - Используете ли вы в своей работе психологов и их методики? - У нас есть люди с психологическим образованием. Есть и те, которые заведуют кафедрами в университетах. Один такой приезжал, он профессионально занимается проблемой суицидов. И он наработал огромный опыт такой работы. И успех у нас поэтому тоже ощутимый. Собираем людей, проводим семинары среди местных психологов и смотрим, насколько все это приемлемо. Сейчас, в одну из частей, которую мы посещаем, в первый раз за мою память пришло 30 человек с высшим образованием. А то общий уровень новобранцев все ниже и ниже. Скоро до уровня питекантропа дело дойдет. Техника все сложнее, а солдат все хуже. Мы приходим и говорим с людьми. У солдат самые большие проблемы – суицид и дедовщина, у офицеров – сплошь разбитые семьи. - Проблема чувства коллектива у верующих в армии присутствует? - Конечно. Как и чувство национальной сплоченности. Русские в армии почти все – разрозненные и отчужденные. А те же дагестанцы все – как один кулак. То же и на конфессиональном уровне. Православные – все больше по одиночке, в силу определенных причин. Протестанты – все заодно, несмотря на деноминацию – пятидесятник ты или баптист. Но мы помогаем всем, как православным, так и протестантам. В Чечне был случай – солдаты попросили нас иконы привезти и крестики. Мы договорились с людьми, объездили церкви, закупили ящик икон, крестики, и все привезли им. Такой у меня принцип: если тебе это помогает идти к Богу, то пусть это будет. А то есть среди нас такие: мы здесь самые умные и вперед с шашкой наголо. А я таким говорю: ты сперва сядь и почитай святых Отцов. Ты там столько всего найдешь. - Одним словом, вы в армию идете не только со словами утешения? - Мы все военные. Я все это пережил на собственном опыте. Я понимаю, что солдату надо сказать. - То есть, не надо специально человеку объяснять, что надо Родину любить? - Это де-факто. Как и де-юре. Что мне тогда прикажете, обратное проповедовать? Давайте не любить Родину? Какой же ты мужик, если ты свою Родину не любишь? И если ты Родину не любишь, то кого тогда любить? А я могу начать с себя, могу начать с окружающих. Я был в Америке, увидел там столько идиотизма и индивидуализма, что иногда думаешь: Господи, избави меня от того, чтобы я там жил. Дело ведь в отношениях между людьми. Индивидуализм там настолько глубокий, что люди не знают, кто живет рядом, хотя 40 лет живут рядом на одном и том же месте. Спрашиваешь их: «Почему же вы столько лет живете рядом и никого не знаете?». А человек в ответ: «Они ко мне не ходят, и я к ним не хожу». Вот и вся любовь. А мы — народ коллективный. Русскому жить самому по себе – противоестественно. А в армии – тем более. Там в одиночку вообще не выживешь. - Что Вам говорит Ваша любовь к Родине? - Я родился здесь, в этом месте. Для меня это место имеет значение, так или иначе я принимаю эту культуру. Я и нашим протестантам говорю: «Эта страна всегда была и останется православной». Но все поголовно православными все равно тоже не будут и это надо понимать. Просто есть определенная категория людей, которая все это не принимает внутри. И вот именно они – наша аудитория. У нас большая семья – все разные. Мама и браться сестер – православные. Уж сколько сил я потратил, чтобы убедить маму стать баптисткой! Но она – ни в какую. Говорит: «Сынок! Я уж как была православной, так и останусь. Уж не мучай меня». И я оставил это дело. Но это мне не мешает ее любить. И мы все друг друга любим и никто никаких в семье межконфессиональных «войнушек» не устраивает. Что нам мешает в нашем доме, в России так себя вести? Скажу по секрету, что если бы протестанты победили и в России протестантизм стал бы государственной религией, то был бы такой тихий ужас, что не приведи Господь! А если я не люблю свою Родину – эту землю, на которой живу, то это приведет к тому, что я ее рано или поздно отдам Антихристу. Так оно и будет, если так к ней относиться – «это все не мое, ну и фиг с ним!» Мы так дождемся, что после нас придут бесчинники – все эти гомики. И тогда начнется такая вакханалия, все начнет распадаться. Социальные связи в стране и так трещат по швам. Да, каждый должен говорить себе – я мерзкий грешник и если ты ударишь меня, я должен подставить тебе другую щеку. Но если ты начнешь творить беззаконие и бесчиние, то я тебя обязан остановить. Если все такие чистоплюи и непротивленцы, то что теперь, и насильников с убийцами повыпускать из тюрем? А кто же невинных тогда защитит?

Ссылка на сайт Правообладателя:

http://www.pravaya.ru/faith/13/12060

СЛАВА ЗЕМНАЯ И СЛАВА НЕБЕСНАЯ

dochka — Fri, 23 Jul 2010 03:20:50 GMT

19 июл 2010 12:11 18 июля - праздник в честь преподобного игумена всея Руси, Сергия Радонежского.

Преподобный Сергий - воистину игумен всей земли русской, молитвенник о мире не только на Руси, но и во всем мире. Мы знаем, что этот избранный сосуд еще из чрева матери восхвалял Святую Троицу, когда мать его находилась в храме.
И все услышали из чрева матери трижды голос преподобного Сергия. Услышавшие этот голос, сразу поняли, что ребенок имеет непростое предназначение. Каждый человек рождается по Божьей воле. Господь избирает каждого не просто для земного бытия, а для того, чтобы в небесном жительстве человек получил достойную часть. Об этом преподобный отец Сергий помнил всю свою жизнь и все земное богатство презрел и положил множество трудов, чтобы не только свою душу, но и множество других спасти.

Сегодня мы прибегаем к его молитвенной помощи и поддержке. Мы знаем, что преподобный Сергий был великим миротворцем – он умиротворял князей между собою, оставляя свою обитель, шел к князьям и делал все, чтобы и они примирились друг с другом. Тем, кто не внимал к его голосу, он не дозволял идти в храм Божий. Это не только в те времена, но и до сегодняшних дней, является ярким примером ходатайства преподобного Сергия о мире между людьми.

Сегодня разделение существует везде: разделение между государствами, между обществами, между людьми, в семьях. Человек разделяется сам в себе. И порою не узнает сам себя.

Святые отцы церкви нас предупреждают, что мы, познавшие Бога, должны первыми быть в любви, мире и согласии. Из примера жизни преподобного Макария Великого, египетского чудотворца, мы помним, что когда он разговаривал с уже умершим начальником жрецов, который находился выше христиан, преподобный Макарий спросил «А есть ли ниже вас кто?», он ответил «Мы, не знающие Бога, находимся выше тех, кто знал Бога и не саблюл заповеди».

Самая высшая заповедь Бога – заповедь о любви, любви к ближнему. Господь говорит «Возлюби ближнего своего, яко же самого себя», но мы еще не научились любить себя. Человек иногда эгоистично любит себя и своего ближнего. Даже в любви к другому услаждая, прежде всего, самого себя.

Даже в быту, кому-то что-то нравится, какая-то вещь или человек. И хочется, чтобы этот человек был рядом, принадлежал. Женщине хочется мужа, мужчине - чтоб возле него была хорошая жена. Даже в вещах, мы мечтаем обладать вещами, владеть ими. И кого мы при этом любим? Себя.

Настоящая любовь, любовь Божественная, она жертвенная. Господь показал, что он пришел в мир и не щадил себя ради своей божественной любви к людям. Даже до креста и смерти. Конечно, мы не имеем такую совершенную любовь, но мы должны так же жертвенно любить ближнего и своими интересами, своими заботами жертвовать ради ближнего.

В этом, прежде всего, проявляется любовь. И Господь тогда нам подарит свою божественную любовь. Господь сеет в наши
сердца свою любовь, а мы должны ее взрастить, умножить, чтобы она принесла плод, который, дай Бог каждому из нас, пожинать в Небесном Жительстве.

Такой жертвенной любви учит нас житие преподобного отца Сергия. Ради любви к ближнему он смирялся, уничижал себя, и Господь возвысил его. А что слава земная в сравнении со славой Небесной.

Что бы сказали апостолы, увидев сегодняшних православных?

dochka — Mon, 12 Jul 2010 01:56:59 GMT

Сегодня Церковь торжественно отмечает праздник святых перво

верховных апостолов Петра и Павла. И как любая церковная память, это не только праздник, но и вразумление нам, назидание и даже обличение.
Давайте вообразим, что апостолы Пётр и Павел пришли к нам сюда, посмотреть на жизнь сегодняшних православных. Что бы они сказали? Узнали бы они в нас христиан или нет? Что бы написал апостол Павел в послании к Грекам, или Русским, или Сербам? Что апостол Пётр написал бы в своём соборном послании, обращённом ко всем христианам? Даже трудно себе представить.
Когда мы читаем послания апостолов, мы видим, что они не считались ни с какими условностями, не взирали на лица, но говорили слово евангельской правды. И, я думаю, что это апостольское слово евангельской правды, обращённое сегодня к нам, нас, конечно, очень бы обличило.
Но обличение полезно и даже жизненно необходимо для христиан. Вот и давайте попробуем приложить это обличение к себе. И именно к себе лично – не будем осуждать ни других людей, ни нашу общественную и церковную действительность, а только лишь самих себя. «Если бы вы сами себя судили, то не осудились бы с миром», говорит апостол Павел (ср. 1 Кор. 11, 32). Но как это сделать?
Это очень просто. Нужно вот именно что обратиться к апостолам, поставить себя как бы в их присутствии – и задавать себе этот вопрос: а что бы они сказали, глядя на нас? Соответствует ли наша жизнь тому, о чём пишет апостол Павел в 12-й главе своего Послания к Римлянам или в 5-й главе Первого послания к Фессалоникийцам? Стяжали ли мы в результате нашей церковной жизни сокровенного сердца человека в нетленной красоте кроткого и молчаливого духа (1 Петр. 3, 4)? Если не стяжали, если наша жизнь хоть в начатках, хоть в малой степени, не соответствует апостольским наставлениям – то какой прок в нашем хождении в церковь?
Об этом нужно очень серьёзно задуматься. В девятом члене Символа Веры мы исповедуем Церковь апостольской – и это не только потому, что она непрерывно тянется от апостолов до наших дней, но потому, что мы сами должны быть «апостольскими» по духу, по силе своей, по любви ко Христу и к ближним, по исполнению заповедей Божиих.
А кроме того, нельзя забывать и о том, что вместе со Христом апостолы сядут на двенадцати престолах судить нас. И в свете их жизни, в свете их посланий нужно к этому готовиться. Нужно стараться быть христианами не по тем или иным представлениям, которые у многих людей ассоциируются с Православием – националистическим, государственническим или ещё каким-то, – а в свете именно апостольского духа и апостольского учения.
И поэтому лучшим празднованием сегодняшнего дня будет, если мы после умеренного разговения, которое столь долго в этом году ожидалось всеми, обратимся к чтению апостольских посланий, и прочитаем хотя бы те две главы из посланий апостола Павла, о которых я только что сказал. И не только в сегодняшний праздник, но и каждый день будем усердно читать Новый Завет; и, конечно же, не только читать, но и поступать так, как в нём написано. И это принесёт нам великую благодать Божию, которая, по молитвам святых апостолов, послужит всем нам ко спасению. Аминь.

Сылка на сайт Правообладателя:

http://www.pravmir.ru/chto-by-skazali-apostoly-uvidev-segodnyashnix-pravoslavnyx/

ПОЧЕМУ ЕВРОПЕ НЕ НУЖЕН БОГ-1.

dochka — Sat, 10 Jul 2010 06:47:47 GMT

Папа Римский Бенедикт XVI пока еще религиозный лидер Европы. Но он уже теряет контроль над душами европейцев.

Наш корреспондент Дарья АСЛАМОВА попыталась понять, куда идет христианская Европа. К триумфу либеральной политкорректности или в лапы Антихриста?
— 06.07.2010
Это было пять лет назад в Ватикане. Сначала я приняла его за одержимого - этого маленького, хлипкого священника с голым черепом, типичного «ученого жучка», застрявшего в пыльных архивах одного из ватиканских институтов. Он был таким старым, что, казалось, ткни в него покрепче пальцем - и он рассыплется в прах. Сначала он красиво рассуждал об экуменизме, о возможном братском объятии между католической и православной церквями, а потом заговорил о НИХ. «ОНИ хотят разрушить три основы человеческого существования: веру, родину и семью. ОНИ поверяют разумом чудо Воскресения, смеются над бессмертной душой, а семейные связи восполняют пороком. ОНИ строят новую Вавилонскую башню под названием «Глобализация» и рубят национальные корни. ОНИ хотят сделать человека винтиком глобальной системы ПОТРЕБЛЕНИЯ, убить в нем влечение к истине и красоте и заставить его работать не во имя созидания, а чтобы он мог больше ПОКУПАТЬ». «Кто же эти ОНИ?» - в нетерпении спросила я. «Демоны», - просто ответил он. «Вы верите в дьявола, падре Пабло?» «А вы верите в Бога, дочь моя?» - ответил он вопросом на вопрос. «Всем сердцем!» - «Если есть Бог и ангелы, значит, существует и дьявол, и легионы его демонов среди нас». «Что ж, они, наверное, носят специальную ортопедическую обувь, чтобы скрыть копыта на ногах, и парики, чтобы спрятать рога на макушке, - засмеялась я. - Как же они выглядят, эти демоны?» «Так же как и мы, дочь моя, - грустно сказал падре Пабло. - Потому их так трудно распознать. Они прославляют сатану, своего доброго господина, который ничего не запрещает. Культ сатаны целиком зиждется на проблеме абсолютной моральной свободы и неподсудности. Европа уже ратифицировала свой договор с дьяволом, отвергнув Божий суд и создав свой собственный - Страсбургский. Разве вы не чувствуете повсюду дух сатаны? Он силен теперь, как чесночный запах». Спустя пять лет я поняла: он был абсолютно прав, этот сумасшедший старик.

НАЗАД В КЛЕТКУ СО ЛЬВАМИ.

Призрак бродит по Европе, призрак христианофобии. Март 2010-го. Глазго, Великобритания. 47-летнего американского уличного проповедника по имени Шон Хоулс окружила на улице компания гомосексуалистов. «Они целовали друг друга, смеялись и спрашивали меня, что я об этом думаю, - рассказывал впоследствии Хоулс. - Я ответил, что они рискуют вызвать гнев господень, поскольку в глазах Господа то, что они делают, - грех». Группа геев немедленно обратилась в полицию. К американцу подошел полицейский и спросил: «Это правда, что ты сказал, что геи отправятся в ад?» Объяснения проповедника, что его спровоцировали, не были приняты. Он был немедленно арестован и провел ночь в тюрьме. Судья приговорил его к штрафу в 1000 фунтов. Местной христианской общине пришлось пустить шапку по кругу, чтобы выкупить незадачливого американца из тюрьмы. Март 2010-го. Верховный суд Великобритании отверг апелляцию мисс Лейдел из городка Islington, сотрудницы местного бюро регистрации браков, рождений и смертей. Мисс Лейдел просила не принуждать ее регистрировать гей-браки, поскольку это идет вразрез с ее христианскими убеждениями, а в бюро достаточно сотрудников-атеистов. Руководство бюро пригрозило ей увольнением. Мисс Лейдел обратилась в суд, который счел ее претензии несущественными. Февраль 2010-го. Страсбург. Группа социалистов, коммунистов, либералов и «зеленых» обратилась с письмом протеста в суд против присутствия креста в молитвенной комнате Европейского парламента, поскольку это нарушает «нейтральный характер» комнаты, и с требованием прекратить церковную службу, которая проходит в парламенте раз в месяц и длится всего полчаса. Февраль 2010-го. Германия. Двенадцать крестов были сорваны со стен публичного госпиталя в городке Bad Soden и выброшены на свалку по требованию пациента-мусульманина, который заявил, что «крест мешает ему выздороветь». Надругательство над религиозным символом произошло на глазах у пациентов-христиан. Февраль 2010-го. Лондон. Палата лордов готовится к рассмотрению билля (закона) о сексуальном воспитании, согласно которому светские и религиозные школы обязаны давать детям информацию о гомосексуальных отношениях, контрацепции и абортах. Если билль будет принят, священникам и монахиням придется объяснять школьникам, что «гражданское партнерство» и гомосексуализм «безвредны и нормальны», а также рассказывать, где можно сделать аборт и как пользоваться презервативом. Февраль 2010-го. Нидерланды. Скандал в городке Reusel. Во время традиционного карнавала группа геев ворвалась в церковь, где проводилось воскресное богослужение, и потребовала святого причастия. Священник заявил, что согласно религиозным правилам он не может их причастить. Содомия - тяжкий грех в христианстве. Гей-активисты подали заявление в полицию, и священник был немедленно вызван в участок для дачи показаний. Декабрь 2009-го. Германия. Восемь христианских семей из городка Salzkotten были приговорены местным судом к серьезным штрафам за то, что не разрешили своим малолетним детям посещать уроки сексуального воспитания в школе, сославшись на свои религиозные убеждения, а также запретили им участвовать в театральной постановке «Мое тело принадлежит мне». Поскольку семьи не согласились со штрафом (выплатить штраф - значит признать себя виновным), восемь почтенных отцов семейств отправились в тюрьму (один отсидел неделю). Но главную ярость блюстителей «политкорректности» вызывает крест, знак любви и прощения. В сентябре прошлого года руководство общественной больницы в английском городке Эксетер принудило 54-летнюю медсестру Ширли Чаплин снять нательный крест, пригрозив ей увольнением, хотя миссис Чаплин отработала в госпитале 30 лет. Ей заявили, что «крест нарушает дресс-код и бижутерия на работе запрещена». А весной 2009 года пришлось снять крест медсестре Хелен Слаттер из Глостера, поскольку «крест может принести инфекцию в больницу». Но подлинным триумфом Антихриста можно считать решение Страсбургского суда в ноябре 2009 года о запрещении распятий в итальянских школах. Среди тех, кто горячо поддержал это решение, - известный итальянский журналист и бывший член Европарламента Джульетто Кьеза. «ЦЕРКОВЬ СЛИШКОМ

ЧАСТО ВМЕШИВАЕТСЯ В ПОЛИТИКУ»

«Ватикан выходит за рамки религиозных проблем, особенно с этим Папой Бенедиктом XVI, - говорит журналист Джульетто Кьеза. - В Европе есть правило: церковь свободна, но и государство свободно. Возьмем, к примеру, вопрос христианских корней Европы. Я выступал категорически против упоминания христианского прошлого в Европейской конституции». «Но ведь это факт, с которым не поспоришь: Европа действительно имеет христианские корни», - замечаю я. «Ну и что? Почему это надо подчеркивать? Мы должны уважать все религии. Евросоюз - политическая структура, и это пространство не носит религиозного характера». «У нас в России плохо относятся к людям, которые не уважают и не помнят своих корней. А вы хотите вычеркнуть тот факт, что вся европейская культура основана на христианских ценностях!» «Я среди тех, кто не хотел бы подчеркивать отдельную христианскую цивилизацию, - говорит господин Кьеза. - Цивилизация уже давно одна. Глобализация сделает всех людей одинаковыми. Вообще церковь слишком часто вмешивается в политику». «Что вы имеете в виду?» - «Мы считаем, что аборты - фундаментальный шаг вперед, а священники не хотят этого. Они выступают против презервативов, а значит, против ограничения рождаемости, а большинство - за презервативы. Они против разводов, а большинство итальянцев голосовало на референдуме за развод. Они претендуют на крест в государственных школах. Почему мой сын должен смотреть на крест? У католической церкви есть стремление навязать религиозные правила большинству и поставить их во главу государства, которое давно уже не христианское. У нас только в Италии живут два миллиона мусульман, а через десять лет их будет больше, чем нас. И в такой ситуации вы считаете, что Европа должна быть христианской?» - «Несомненно, если она руководствуется инстинктом самосохранения. Если вы научитесь уважать ваши ценности и религию, то и пришельцы научатся их уважать». «В Италии и в Европе многие сочли бы ваши взгляды фашистскими», - с вызовом говорит господин Кьеза. «По-видимому, быть убежденным христианином в наше время - это быть фашистом». - «Очнитесь! Мы, белые, уже меньшинство в мире! Нас меньше миллиарда. Против закона природы не попрешь. Нам придется учиться жить с людьми всех цветов кожи и всех религий. Вы хотите войну? Так мы ее проиграем. А нет, так рожайте больше или обратитесь за помощью к вашему Богу. Мусульмане приходят к нам, потому что мы ленивы и не хотим делать грязную работу. И потом: мы захватили их нефть и качаем ее практически бесплатно уже 200 лет». «Да, мусульмане пришли к вам, но ислам еще строже относится к моральным ценностям, чем христианство, и никаких компромиссов не допускает, - замечаю я. - И так же решительно выступает против милых вашему сердцу абортов, презервативов и разводов. Что вы, либералы, противопоставите новой религии? Кто ваши кумиры и авторитеты?» «Я не думаю, что вообще должны быть авторитеты, - заявляет господин Кьеза. - Кто решится сказать, что я, мол, авторитет? Живите своим умом. А все попытки создать союз креста и государства, как это делается у вас в России, - шаг назад от цивилизации».

ПАГУБНАЯ СВОБОДА

Два последних столетия европейская философская мысль пела хвалу единственному богу на земле - человеку, а церковь делала козлом отпущения, взваливая на него бремя своего мятежа и сомнений. Ударами мысли, подобными ударам топора, французские философы пробили стену естественной религиозности. Французская революция вошла в историю как триумф атеизма и бунт человеческой воли против сокровенного инстинкта святости и жажды Бога. Двадцатый век, опьяненный успехами науки, пошел еще дальше, с какой-то бешеной злобой срывая с жизни ее блестящие покровы и желая показать ее голой, объяснимой и без чудес. В начале нового столетия европейские церкви обезлюдели, а исповедальни, эти игрушечные домики, куда верующие сваливали мусор своих грехов, стоят пустыми.
Наш корреспондент Дарья Асламова и представитель Ватикана падре Федерико Ломбарди.

«Философские атаки на церковь привели к тому, что человек решил: именно он - судья и господин жизни, - говорит известный журналист-ватиканист итальянской газеты «Ла Стампа» Марко Тоссати. - Это я, Марко, решаю, что есть добро и зло, что правильно и неправильно. Люди теперь воспитаны и обучены в полной уверенности, что они - единственные судьи, а смысл жизни - комфорт и удовольствие. Индивидуализм и стремление к наслаждениям и есть основной источник упадка религии. Церковь выступает против эгоистического комфорта и ущемляет его. Она говорит неприятные вещи: у человека есть обязанности, есть ответственность перед Богом за свои поступки, он должен работать и заботиться о других, и не все его удовольствия - правильные. Человек чувствует свою власть над природой, а ему говорят: ты не господин, ты лишь часть великой картины. Человек говорит: я создаю жизнь, я делаю ребенка, а если не захочу его, то просто убью, а церковь твердит: это грех. Словом, церковь всем мешает. В Италии каждый год совершается 130 тысяч абортов. Женщины хотят пожить для себя и убивают младенцев в утробе, а в 35 - 40 решают завести ребенка, но природу не обманешь. Сейчас очень мало рождается детей у христиан и много детей в семьях иммигрантов. Мусульмане до сих пор верят в семью, имеют собственные, очень сильные ценности, которые нам не нравятся, но они рожают, а мы нет. Мы потерялись в мире добра и зла. После Французской революции, масонства, прихода и падения коммунизма люди не знают, какие истины надо защищать. Я помню, во времена СССР коммунистическая партия в Италии говорила о моральных ценностях и была глубоко близка к церкви. Но теперь даже коммунисты растерялись: они не могут защищать строй, который критически судим историей на его родине - в России. Отсюда неопределенность этических принципов: прежде коммунисты запрещали все, а теперь все разрешают. Итак, от очень строгого и контролируемого общества мы перешли к обществу абсолютно свободному. Каждый волен делать, что захочет, а из Страсбурга и Брюсселя идет непрерывная атака на традиционные ценности. Но все эти неолибералы не ведают, что права человека, которые они защищают, родились из христианства. Они не знают, где их корни. Именно христианство поставило сильный акцент на индивидуальную ценность личности. Каждый из нас - продукт культуры, семьи и, конечно, религии. Путь отрицания корней, нигилистический путь ведет в никуда. Если ты думаешь только о себе, ты умрешь и ничего не оставишь после себя. Ведь и дети, которых ты производишь на свет, не просто человеческие личинки, а кладезь тех культурных и традиционных ценностей, которые ты любишь и хочешь передать в будущее». «Практикующих христиан уже давно меньшинство, - с горечью говорит представитель Ватикана падре Федерико Ломбарди. - Церковь идет против мэйнстрима (главного течения) в обществе. Теперь каждый имеет свою правду. «Все позиции равны, ни у кого нет привилегий, и ты не можешь претендовать на единственную истину», - вот то, что твердят людям массмедиа. Нет власти, нет авторитета, нет правды, нет света и нет института, который имел бы право учить и наставлять». «Европа - это место жесткой богоборческой цивилизации в течение последних трех веков, - говорит русский политолог Александр Дугин. - Все социальные битвы католическая церковь проиграла давно и безвозвратно, она не удержала общество под своим контролем. То, что происходит сейчас, - это арьергардные бои, пятнадцатый акт долгого сериала о дехристианизации общества. Нынешний Папа - стойкий консерватор, и он подвергается нападкам этих беснующихся мерзавцев-либералов. Покойный Иоанн Павел состоял в заговоре против СССР, против советского блока, и его как-то терпели. Теперь же идет битва не на жизнь, а на смерть. Чтоб людей не отбросило к церкви, ее дискредитируют. Кризис либерального, постцерковного, бесноватого, погрязшего во всех формах порока западного общества делает неизбежным приход Антихриста. Достаточно посмотреть на рожи современных светских представителей власти, послушать, что они проповедуют, и становится ясно: речь идет о послед них временах».

ПОЧЕМУ ЕВРОПЕ НЕ НУЖЕН БОГ-2.

dochka — Sat, 10 Jul 2010 06:40:34 GMT

Свобода вероисповедания часто рождает и таких демонов.

Наш корреспондент Дарья АСЛАМОВА попыталась понять, куда идет христианская Европа. К триумфу либеральной политкорректности или в лапы Антихриста?
— 06.07.2010

«Дьявол в Ватикане!» - под таким скандальным заголовком в марте этого года европейские газеты опубликовали заявление 85-летнего экзерциста Габриеле Аморты о кознях Сатаны в Святом городе. Опытный боец с врагом рода человеческого, падре Габриеле, 70 тысяч раз изгонявший бесов, учуял «запах серы» у Святого престола. Это заявление подлило масла в огонь бесчисленных сексуальных скандалов, сотрясавших Ватикан в последние несколько лет. В традиционно верующей Ирландии священники боятся выходить на улицу в религиозном облачении, поскольку прохожие швыряют в них камни. В 2009 году в Дублинской католической епархии 46 священникам было предъявлено обвинение в случаях сексуального насилия над детьми с 1975 по 2004 год. Этой весной в США впервые в истории был подан иск в федеральный суд против Ватикана и Папы Римского одной из жертв падре Лоуренса Мерфи, работавшего в школе для мальчиков с нарушением слуха. (Покойного Мерфи обвиняют в изнасиловании 200 детей.) В Германии - скандал с детским церковным хором «Воробушки Регенсбургского собора», вскрывший случаи сексуального насилия тридцатилетней давности над малолетними певчими. Но главную атаку на Рим предприняло гей-сообщество, воспользовавшись преступной слабостью церкви. Все гей-сайты мира выложили для просмотра запрещенный в некоторых странах фильм «Сексуальное насилие и Ватикан» ирландского режиссера Колма О’Гормана, ставшего в детстве жертвой священника Шона Форчуна. (После обвинения в 66 случаях насилия над детьми отец Форчун покончил с собой накануне суда.) - Священники проповедуют одно, а делают другое, - говорит журналист английской Sunday Herald и специалист по Ватикану Филипп Виллан. - Они были неприкасаемыми, пока в жизнь не пришел Интернет и новый мощный объем информации. Теперь любое преступление всем известно. Реакция Ватикана была ошибочной: мы, мол, жертвы медиа, и всесильные политические лобби организовали травлю. В этом есть доля правды: любая газета нуждается в скандале, чтобы лучше продаваться. Но католическая церковь сама себя дискредитировала случаями педофилии и оказалась в такой слабой позиции, что гей-сообщество воспользовалось преимуществом, чтобы провоцировать и «опустить» церковь. Папа Бенедикт XVI - главная мишень гей-атак. Он осмелился даже выступить против разрешенных британским законодательством однополых браков как «противоречащих естественному укладу жизни». А кардинал Хулиан Херранз заявил: «Папа Римский защищает жизнь и семью, основанную на браке мужчины и женщины, - в мире, в котором сильные политические лобби хотели бы утвердить абсолютно иной порядок». Но главный скандал вызвала речь кардинала Таринзио Бертоне: «Многие психиатры доказали, что никакой связи между безбрачием и педофилией нет. Но… существует связь между гомосексуализмом и педофилией». Гей-сообщество взвыло от ярости и немедленно потребовало научных доказательств, подкрепляющих подобные заявления, а Ватикану пришлось уйти в глухую оборону. Церковь извиняется, церковь защищается, церковь ищет понимания. Папа Римский просит прощения за случаи насилия над детьми, совершенного служителями церкви, встречается с жертвами, благодарит их за храбрость и называет педофилию «тяжким грехом, который оскорбляет Бога и достоинство человеческой личности, сотворенной по Его образу». - Папа говорил: в церкви довольно всякой рыбы - и плохой, и хорошей, - и его задача осторожно, но эффективно очистить церковь от плохой рыбы, - говорит журналист-ватиканист Марко Тоссати. - Случаи сексуального насилия дали людям серьезные аргументы против церкви: «Вы претендуете быть моральным авторитетом, вы даете указания, как вести себя в сексуальной жизни, а ваши священники вовлечены в преступные деяния, вы требуете от нас строгого соблюдения морали, а сами фальшивы», - говорит представитель Ватикана падре Федерико Ломбарди. - Ситуация ясна: никто в Ватикане не защищает преступления. Проблема не только в том, чтобы признать вину и выслушать людей, которые пострадали, и не в том, чтобы наказать (большинство провинившихся давно в могиле), но сделать все необходимое, чтобы избежать повторения такой ситуации и вернуть доверие. Это то, что Папа пытается сделать.

КОМУ ВЫГОДНЫ АТАКИ НА ЦЕРКОВЬ?

В 2004 году в Афинах во время Олимпийских игр геи и лесбиянки устроили свою альтернативную Олимпиаду секса. На одной из тех лихих вечеринок меня поразило количество спонсоров, среди которых были всемирно известные бренды. «Что тебя удивляет? Гей-сообщество - главный потребитель моды, роскоши, развлечений, дорогой обуви и автомобилей, - объяснил грек Костас, работающий в Париже в крупной рекламной компании. - Мы - самые перспективные клиенты. И вот почему. В гей-семье оба партнера, как водится, работают в хорошо оплачиваемой интеллектуальной или бизнес-сфере (ни разу не видел, к примеру, гея-строителя), безработных мало (геи, как всякое меньшинство, отличаются солидарностью и всегда готовы помочь «своим» в устройстве на работу), детей нет, с родителями отношения не очень (я, например, с моей матерью не разговариваю уже пять лет). Следовательно, на что может тратить деньги молодой, здоровый, одинокий мужчина? Только на себя. Ты, например, куда менее интересный потребитель, чем я. Потому что ты мать. Любая мать прежде всего вкладывает деньги в развитие и образование ребенка. И ты не будешь покупать своему ребенку тряпки от Дольче и Габбаны или Гуччи, поскольку это глупые траты: ребенок быстро вырастает из вещей. Еще менее перспективные клиенты - многодетные семьи. Там родители бьются из последних сил, чтобы вывести детей в люди, а братья и сестры донашивают вещи друг друга. И совсем безнадежная публика верующие и просто люди консервативных взглядов. Верующий человек не может купить «Лексус» или выбросить деньги на часы «Ролекс», поскольку его религия твердит ему: не роскошествуй, не бери кредиты, откладывай деньги на завтрашний день, помогай бедным, будь умеренным в своих желаниях. У церкви есть это предубеждение против торговли и прибыли со времен изгнания Христом торгующих из храма. Она не понимает, что именно движение капиталов и товаров двигает мир вперед. Следовательно, мировые компании и медиа всегда будут поддерживать идеального клиента: одинокого, богатого, красивого представителя секс-меньшинства». - Атака на церковь и веру в мировых медиа обслуживает экономические интересы разных сил, - говорит директор ватиканской газеты «Оссерваторе Романо» Джованни Мария Виан. - Церковь выступает против роскошного и легкомысленного образа жизни, за традиционные отношения в семье и семейные ценности, против манипуляций в сфере генетики (я говорю о клонировании), против права человека принимать решение о начале и конце жизни (аборты и эвтаназия). Религиозная деятельность противоречит интересам крупнейших производителей роскоши и фармацевтических компаний. И часто против церкви выступает наука. В нашумевшем романе Дэна Брауна «Ангелы и демоны» камерарий Ватикана в отчаянии восклицает: «Древняя война между религией и наукой закончена. Вы победили. Но победили не в честной борьбе. Вы одержали победу, не дав ответов на волнующие людей вопросы… Кто таков этот бог, именующий себя наукой, который влагает в руки людей огромную силу, оставляя их без моральных вех, указывающих, как этим могуществом пользоваться? В языке науки не существует указаний на понятия добра и зла… Вы продолжаете обвинять церковь в невежестве. Но кто является большим невеждой? Тот, кто не может объяснить происхождение молнии, или тот, кто не преклоняется перед мощью этого явления? Предъявите нам доказательства существования Бога, говорите вы. А я вам отвечу: возьмите свои телескопы, взгляните на небо и скажите мне, как все это могло возникнуть без вмешательства свыше!.. Верите вы в Бога или нет, но вы должны понять, что, если мы как вид отбрасываем веру в Верховную силу, мы неизбежно перестаем ощущать свою ответственность». ОТКУДА ПРИДЕТ СПАСЕНИЕ? В том, что помощь придет с Востока, из далекой и непонятной России, где снова поднят крест, в Ватикане верят свято, как верят в объединенные усилия двух церквей в борьбе с материализмом, духовной нищетой и безобразиями гниющей цивилизации. В мае с огромным успехом прошли «Дни русской культуры и духовности в Ватикане», а представители обеих церквей осторожно заговорили о возможной встрече (впервые в истории!) Патриарха всея Руси и Папы Римского. - Русская церковь - самая мощная, самая богатая по духовному наследию, а Россия - особое политическое, географическое, культурное и духовное пространство, ключевое для Европы, - говорит генеральный секретарь религиозной общины святого Егидия Адриано Рокуччи. - И только объединением сил двух церквей можно ответить эффективно на те вызовы, которые кризис бросает христианам. Десятилетия гонений и преследований превратили Русскую церковь в церковь мучеников, чья кровь напитала бесплодную землю. Православные священники совершили подвиг сопротивления духу времени, который воплотился в советском режиме. Ваши пастыри боролись за место церкви в советском обществе, не тушили свечу перед иконами, старались держать храмы открытыми и подпольно совершали литургию. Меня всегда поражало ваше глубокое убеждение, что самое главное - совершить литургию и от богослужения все может возродиться. Кто мог тогда предположить, что от той одинокой свечи и крови мучеников Русская церковь начнет свое возрождение? Когда советский режим провалился, мы наблюдали за православными с великой духовной радостью. Двадцатый век был веком мученичества. Апостол Павел говорил: не приспособляйтесь к духу времени, а нынешний дух потребления - куда более опасный и соблазнительный, чем дух коммунизма. Есть силы, имеющие одну цель: задвинуть церковь, выступающую против потребительского мышления, в далекие углы общественной жизни. Европа - это континент, который, кажется, решил прощаться с историей, уходить из нее. То, чего не хватает Европе, - это взгляд в будущее, ради которого надо трудиться, жертвовать, совершать подвиги и даже отказаться от материального благополучия. Если Европа будет жить сегодняшним днем и не делать никаких инвестиций в будущее, она превратится в музей или курорт. И Россия, и Европа нуждаются друг в друге не только геополитически, но и духовно. - С точки зрения Запада, который уже стоит не на краю бездны, а за краем ее, наше положение может показаться даже хорошим, - говорит политолог Александр Дугин. - Но я не уверен, что возрождение христианства в России является подлинным. На смену богоборческой власти коммунистов пришла еще более омерзительная власть подонков-олигархов. Прежде были атеисты, а сейчас - ворье. До реального духовного возрождения нам далеко, потому что людям дали незаслуженное. И власть в России не в православных руках. Но общество наше - более традиционное и более религиозное в своих корнях. Тысячу лет назад западное христианство отломилось, как сухая ветвь, от живого древа церкви. Теперь это оторванный ломоть. Почему? Генезис неолиберальных ценностей - в западном индивидуалистическом толковании христианства. Такой перекос, такое толкование прав человека порождает опасный эгоизм. Наше православие - более цельное, более народное, более государственное и более скромное. На личной ценности никто не настаивает, а напротив, твердят: спасайтесь, чтоб другие вокруг спаслись. Спасайте других. ЧЕГО ИМ НЕ ХВАТАЕТ? Страсти и той несравненной жертвенности, которой покорили мир первые христиане и чего с избытком хватает в исламе - более молодой и пассионарной религии. «Мы должны всегда предлагать позитивный и дружелюбный диалог и обращаться к Разуму», - говорит представитель Ватикана падре Федерико Ломбарди. «Зачем же к Разуму, падре? - спрашиваю я. - Почему не к Сердцу? Вам нужна страсть, а не голова, может быть, даже новые мученики. Это ваша последняя битва». «Но мы не можем предлагать позицию борьбы. И потом для нас, католиков, Разум чрезвычайно важен, мы должны ОБЪЯСНЯТЬ наши послания». «Разум написан на знамени Анти-христа, - говорит политолог Александр Дугин. - Если католики хотят лечить зло злом, то далеко не уедут. А мы, православные, страдаем от реэкспорта рационалистической модели. Нас атакуют субпродукты западной цивилизации в лице либерализма, коммунизма, атеизма и разных форм материализма». «Неолибералы расправились с европейским христианством и очистили поле для ислама. Но неужели они так же легко надеются справиться с мусульманами?» - спрашиваю я. «Тут большая ставка. Либералы уверены, что религия - это дань прошлому, пережиток. Они полагают: два-три поколения мусульманских иммигрантов в Европе - и они осознают прелесть гей-парадов, гамбургеров и социального пособия и тем самым продадут свою душу дьяволу. Ведь неолиберализм - это новая религия Сатаны. Там есть и фанатизм, и либеральное мученичество своего рода, свои святые Сатаны. Они, для того чтобы признать права сексуальных меньшинств, готовы идти на многие жертвы. Они полагают, что их господин, их темный мэтр способен справиться и с исламом. Мировой контроль, глобализация, новые технологии слежки, подавления и медиазомбирования, клонирование, генетические программы, и в какой-то момент они вырвут «ген агрессии» (так они называют ген религии) и будут править миром. Те, кто поклоняется технической цивилизации, и есть христианофобы. А нас, христиан, не надо приравнивать к каким-то обижаемым меньшинствам. Стремление отгородиться от нападок некрасиво, мы же не извращенцы, которые хотят свою сомнительную идентичность охранить от критики. Нам ничего не страшно. Если враг ненавидит нас, звереет, плюется и визжит, значит, боится. Надо хранить истину Христову, и каждому придется решать, на чьей он стороне».
Архивное фото 60-х годов: американский священник Лоуренс Мерфи (на снимке - крайний слева вверху, со сложенными в молитвенном жесте руками) наблюдает за мессой в школе для глухих детей в г. Сент-Фрэнсис (штат Висконсин). Как потом выяснилось, за 25 лет он развратил не менее двухсот(!) мальчиков, страдавших расстройством слуха. В апреле нынешнего года американский прокурор возбудил дело против Папы Римского Бенедикта XVI и ватиканских иерархов за то, что те не лишили Мерфи сана, хотя знали о его преступлениях.

СЛУГИ ДЬЯВОЛА: КТО ЖЕ ОНИ?

«С дьяволом людям легче, - говорит известный социолог СМИ Даниил Дондурей. - Дьявол - это персонифицированное идеальное зло, ответственное за все наши несчастья и жизненные драмы. Людям проще думать, что против них играет какой-то недруг. Но как бы человек ни называл зло, оно, безусловно, существует, как и его противник - добро. Мир-то биполярный! Белое и черное, свет и тьма. Страх в том, что в современном мире на нас надвигается тьма: мы страдаем от гигантского дефицита моральных норм. Общество в условиях свободы не имеет прежних регуляторов, таких как гуманистическая идеология, церковные догматы или культ благородного рыцаря. Телевидение как институт сейчас в десять раз мощнее, чем православная церковь (несмотря на то что в стране 60% населения считают себя православными, только 6% являются практикующими христианами, тогда как телевизор каждый вечер смотрят 93% населения!). Поскольку общественные скрепы невероятно расшатаны, в роли универсального мерила всякой деятельности выступают деньги. Жажда наживы (под наживой я понимаю незаслуженный заработок, прибыль, полученную плутовством) - главный медиастимулятор». - «Один священник в отчаянии спросил меня: почему журналистам неинтересны хорошие новости?» - «А я вам объясню. Человечество несет в себе глубочайший, спрятанный на генном уровне страх конца света. Даже самые образованные, самые продвинутые люди боятся всеобщей смерти. Все плохие новости - дефолт, финансовый кризис, землетрясения, погибшие шахтеры, упавший самолет с польским президентом - это все вестники ожидаемого конца света. Телевизор, не имеющий никаких моральных или социальных обязательств перед обществом, беспрецедентно эксплуатирует этот всеобщий страх. Политическая власть относится к ТВ, как феодал к крепостному: телевизор должен отработать барщину (сообщить народу о величии власти и системы), а потом он может с этим народом делать что хочет. Может рассказывать об изнасилованиях и убийствах детей, брать интервью у серийных убийц или советовать, как лечиться гречихой от рака. А НТВ вообще придумало потрясающую доктрину «жесткого» ТВ, которое демонстрирует людям все черное и злое и тем самым освобождает их от комплексов подсознательного темного «я». «А по-моему, это сатанизм», - замечаю я. «Безусловно. В наше время массмедиа, телевидение выступают в роли перепродавцов тьмы и посредников темных сил».

НА ОКРАИНАХ ЦЕРКОВНОЙ ИМПЕРИИ.

dochka — Sat, 10 Jul 2010 06:14:15 GMT

Монолитность русского православия и разнообразие политических реалий в стра нах СНГ
2010-07-07 / Андрей Мельников

Дипломатия – искусство возможного. Не только для госчиновников, но также и для Русской Православной Церкви.

После распада СССР ощущение единства того пространства, которое принято называть «империей» – дореволюционной или советской, – сохранилось, пожалуй, только в Русской Церкви. Но насколько прочно это ощущение? Даже на словах все неоднозначно. С одной стороны, Патриарх Кирилл раз за разом говорит о наследовании независимыми славянскими государствами Святой Руси князя Владимира. С другой – бывая за рубежами России, подчеркивает, что Московский Патриархат учитывает фактор политического суверенитета этих государств.
На деле все еще сложнее. События последних двух недель на южных и западных окраинах СНГ, связанные с церковной жизнью и политикой, показывают, в каких сложных условиях, далеких от розового имперского мифа, приходится действовать Московскому Патриархату. В зависимости от обстоятельств официоз РПЦ то дистанцируется от инициатив местных епархий, то, наоборот, оказывает им всяческую поддержку.
Смена власти в Молдове лишила местную митрополию РПЦ благорасположения администрации, которым было отмечено президентство Владимира Воронина, зато дала возможности для более широкого политического маневра. Создается впечатление, что Кишиневская митрополия готова в полной мере участвовать в политическом процессе. При поддержке Кишиневского митрополита Владимира (Кантаряна) бывший министр обороны Молдовы Валерий Пасат за считанные недели стал одним из серьезных претендентов на президентское кресло на будущих выборах. Бывавшие в Кишиневе отмечают огромное количество плакатов, на которых митрополит и политик изображены вместе. В середине июня даже прошла информация, что Пасат намерен создать политическую православную партию, а Синод Молдавской Церкви его поддерживает. Правда, позже стало известно, что бывший министр обороны не создает новую партию, а возглавил существующую с 2006 года Партию гуманистов. Поддерживает митрополия и инициативы Пасата по введению повсеместного обучения основам православия в школах страны.

«Православная Церковь решает сама, когда, в какой форме и в каких целях вовлекаться в политический процесс. Многовековая история нашего православного народа знает множество примеров, когда подобное вовлечение Церкви имело благотворное влияние, заставляя политиков приводить свое поведение в соответствие с потребностями и жизненными интересами населения», – ответил Синод на протесты политиков западнической ориентации. А такие протесты последовали незамедлительно. Исполняющий обязанности президента Молдавии Михай Гимпу подверг критике Молдавскую митрополию за то, что она, по его словам, не самостоятельна, а является лишь «филиалом Русской (Церкви. – «НГР»)». «Церковь, которая поддерживает определенные политические силы, нарушает собственный устав», – заявил журналистам Гимпу. Первый вице-спикер парламента Молдавии, лидер альянса «Наша Молдова» Серафим Урекян призвал митрополита Владимира «подать в отставку». Также выразил свое возмущение Московскому Патриархату и бывший президент Владимир Воронин. Он был очень разочарован тем, что РПЦ поставила на будущих выборах не на него, а на нового кандидата, хотя экс-президент оказывал Московскому Патриархату существенную поддержку в соперничестве с Бессарабской митрополией Румынской Православной Церкви, которая с 1992 года вносит раскол в духовное единство православных молдаван.
Довольно скорая реакция последовала и с церковной стороны. Кажется, у Москвы появился еще один конкурент кроме Бессарабской митрополии. Министерство юстиции Молдовы сообщило журналистам, что в ведомство поданы документы на регистрацию автокефальной Митрополии, которая не будет зависеть ни от Русской, ни от Румынской Православных Церквей, но будет сотрудничать с Константино польским Патриархатом.

Однако первую, совсем небольшую победу Русской Церкви в Молдове и связан ным с ней общественным силам, несмотря на сопротивление оппонентов, все же удалось одержать. В конце июня правительство страны постановило, что школь ники с 4-го по 11-й класс будут изучать православную культуру, правда, в факуль тативном режиме. Причем компромиссное решение принято, по словам министра просвещения Леонида Бужора, только после консультаций с различными религиоз ными организациями, в том числе и Бессарабской митрополией РумПЦ.
Если в Молдове Церковь с головой ушла в стихию свободной политической кон куренции, то в Украине при новом президенте она пользуется всеми преимущест вами, какие дает близость к правящей партии. При этом власти иногда приходится выслушивать упреки в пристрастности новой украинской политики в отношении Церквей. Председатель Государственного комитета Украины по делам националь ностей и религий Юрий Решетников заявил на пресс-конференции 25 июня, что президент Виктор Янукович с самого начала пребывания в должности отметил свое одинаковое отношение ко всем имеющимся в Украине религиозным организациям. Решетников сообщил, что президент действительно отдает предпочтение Московс кому Патриарху – но только как частное лицо своему духовному пастырю. Однако наблюдатели отмечают, что Янукович не участвует в мероприятиях других Церк вей. Скажем, бывшие президент Виктор Ющенко и премьер Юлия Тимошенко демонстрировали свое внимание Киевскому Патриархату, Украинской Автокефаль ной Православной Церкви и Греко-Католической Церкви более явно. Как только Янукович стал президентом, сошли на нет попытки УПЦ МП наладить диалог с «раскольническими» Церквами. Начало этого диалога активно обсуждалось в СМИ прошлым летом.
Активисты националистического движения УНА-УНСО заявили 30 июня, что гото вятся сорвать визит Патриарха Кирилла в Украину, запланированный на третью декаду июля. Священнослужитель Киевского Патриархата протоиерей Сергей Ткачук обратился к украинским радикалам: «Церковь призывает вас, нашу паству, проявить сознательность, мужественность и достойно встретить непрошеного гостя, который нагло, по-татарски рвется на нашу украинскую землю. Кирилл хочет построить в Украине «русский мир». Если мы этого не хотим – то мы не только не позволим построить в Украине «русский мир», но сделаем все для того, чтобы этот «русский мир» исчез». Сам Киевский Патриарх Филарет (Денисенко) в тот же день призвал Патриарха Кирилла не делать в Украине политических заявлений.
Даже там, где православных верующих совсем немного и они полностью отождест вляют себя с Русской Церковью, Московский Патриархат ожидают трудности. В странную, загадочную историю оказалась замешана РПЦ в Закавказье. В городе Степанакерт, административном центре Нагорного Карабаха, 18 июня был заложен русский православный храм. В церемонии принимал участие сотрудник Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата священник Александр Васютин. Видимо, из-за сходства имен некоторые СМИ допустили ошибку, «отпра вив» в непризнанную республику епископа Бакинского и Прикаспийского Алексан дра (Ищеина). Последовала резкая реакция МИД Азербайджана, а также Бакинской епархии. Вскоре после этого епископ Александр дал интервью информа ционному агентству The First News, в котором очень комплиментарно отозвался о политике властей Азербайджана в отношении религиозных общин. Видимо, это интервью, не упоминая напрямую об ошибке журналистов, должно было сгладить неприятное «послевкусие» от нее.
Разговор корреспондента «НГР» с зампредседателя ОВЦС МП игуменом Филиппом (Рябых) оставил впечатление, что в «церковном МИДе» также очень раздосадова ны этим казусом. Однако игумен Филипп так и не ответил на вопрос нашего издания, зачем ОВЦС понадобилось отправлять своего сотрудника со столь неполиткорректной миссией, особенно на фоне того, что РПЦ на весеннем саммите религиозных лидеров в Баку представила себя в роли миротворца и посредника между азербайджанцами и армянами. Стоило ли создавать неловкую ситуацию ради духовных потребностей 200 православных верующих, которых насчитала в Карабахе местная русская община? В воздухе повис вопрос о координации деятельности между аппаратом Патриархии и местными епархиями, особенно в ближнем зарубежье, а также продуманности некоторых шагов РПЦ. Хотя освящал закладной камень русского храма не епископ, а другой Александр, но именно этот священник, по свидетельству одного из сайтов армянской диаспоры в России, еще в апреле высказывался достаточно резко в отношении событий 1915 года в Осман ской империи: «Это был не только геноцид армянского народа, это было убиение всего человечества»

Продолжая говорить о едином духовном пространстве русского православия, на деле РПЦ приспосабливается ко всему многообразию политических систем и ситуаций в тех странах, на которые распространяется ее омофор. Проблема в том, что политический маневр Русской Церкви не всегда удается, и не последнюю роль в этой неповоротливости играет взваленный ею на свои плечи тяжкий груз «имперского» мышления, подразумевающий снисходительное отношение к «малым сим» среди религиозных общин и организаций.

Значение Православия в жизни и исторической судьбе России.

dochka — Mon, 05 Jul 2010 05:29:00 GMT

Значение Православия в жизни и исторической судьбе России

профeссор Алексей Александрович Царевский

Влияние Православия на личность русского человека, на склад его внутреннего настроения и характер внешнего поведения

* Характер русских *

301. Качества православного христианина стали главными национальными чертами русского человека. У русского человека душа христианская.
Внешнее обоснование и укрепление русского царства, с одной cтороны, и изменение внутреннего строя общественных и семейных отношений в народе русском, с другой, явились только результатом и ествественным следствием того благотворного воздействия, которое произвело Православие на личность русского человека. Православие облагородило и образовало все лучшие инстинкты русской души, улучшило и возвысило ее духовные качества, существенно изменило весь нравственный облик русского человека. На всем поведении и деятельности последнего легла неизгладимая печать Православного христианства: русский человек стал мыслить о всем на свете с точки зрения своей святой веры и делал всякое дело «по писанному», по церковному; интересы веры стали на первом плане в его сознании, а учение, взгляды, предписания и советы церкви Православной сделались единственно руководственными в его жизни. Религиозность явилась типическим свойством, специальной особенностью русского человека и качества православного христианина - главными национальными чертами русского характера. Выше-упомянутый иностранный обозреватель России Леруа Болье, на основании наблюдений даже и над современной русской жизнью, пришел к заключению, что русский человек «носит крест не на груди только, а и в сердце своем», что у него «душа христианская», что между Евангелием и русскою душою есть какое-то внутреннее родство, в силу которого трудно бывает решить, что доброго идет у русского человека от знакомства его с Православною верою и что прямо от его души [1].
302. Православие стало основой русского мировоззрения.
Преобразуя душу русского человека, Православие прежде всего овладело его умом, легло в основу русского мышления и надолго определило собою все русское миросозерцание. Не тронутый еще никакою человеческою культурою, русский человек смиренно и всецело покорил ум свой свету истины Христовой и беспрекословно предался церкви святой. Не человеческая мудрость, а благодать таинств, с крепкою верою принимаемых, воспитала душу его; не разум земной, а Слово Божие вразумляло его и молитвенное общение с Первоисточником всякого света и знания настраивало мысль его. Не поднимая разума своего на разум Божий, русский человек доверился Православию с простотою сердца и теплотою чувства и всецело заполнил мысль свою вопросами душевного спасения. Вместо наук он усвоял смиренномудрие и углублялся в книги благодатного закона. «Братие, не высокоумствуйте - внушали учители народу: но в смирении пребывайте. Аще кто ти речет: весили всю философию? - и ты рцы ему: эллинских борзостей не токох, ни риторских астрономов не читах, ни с мудрых философы не бывах, а учуся книгам благодатного закона, аще бы мою грешную душу очистити от грехов» [2]. Сознавая пользу просвещения, благоразумные отцы древнерусские убеждали детей своих: «учися грамоте!», но вместе с тем предусмотrительно добавляли: «учися и держати ум: высочайшего не ищи, глубочайшего не испытуй, но елико ти предано от Бога, си содержи» [3].
303. Русский народ усвоил сущность Христианства. Православие было единственным источником просвещения.
Конечно, отчетливое религиозное знание и определенное понимание всех догматов Православного христианства не могло сделаться сразу духовным достоянием русского человека, но основы Православия, важнейшие истины его и существеннейшие понятия каковы: о Боге, Творце и Промыслителе мира, о Божией Матери, Заступнице рода христианского, о святых угодниках Божиих, ходатаях пред престолом Всевышнего за грешного человека, о вечном блаженстве праведников и мучении грешников, и некоторые другие,- несомненно были восприняты и усвоены всем народом русским. А в этих истинах - сущность христианства; они-то и окрылили разум русского человека, воспламенили его чувства и родили в нем искреннюю, неподдельную и увлекательную набожность русскую, которая нередко даже и доселе служит предметом удивления для целого мира. До какой степени мысль русская прикована была к вере святой и, с другой стороны, насколько ревниво русский человек старался соблюсти себя даже от самомалейших нарушений того, что указано церковью Православною, это показывают, например, известные «Вопросы черноризца Кирика» к епископу Новгородскому, св. Нифонту (XII стол.). Да, впрочем, это удостоверяет и вся наша история: на Руси меньше всего было примеров религиозного вольномыслия и своеволия в отношении к учению и уставам Церкви. Что касается появлявшихся у нас с конца XV столетия рационалистических сект, то возникали они, несомненно, не на русской почве и как явления заносные, чужие были совсем случайны и мимолетны для России. Зато только в России с такою беспримерною силой явился раскол, как самое крайнее проявление принципиальной и преступившей даже границы благоразумия стойкости за все, что касается веры и церковности. В течение целого ряда столетий, вплоть до XVIII, Православие было единственным источником просвещения для русского человека, единственною пищею для его ума и материалом для его мышления. С XVIII стол., хотя умственный горизонт русского человека значительно расширился и в сферу русского просвещения вошли интересы иные, кроме религиозных, все же Православие осталось, как без сомнения и должно впредь всегда оставаться, незаменимым и высшим культурным идеалом для русского человека. * Православие и творчество*

304. Лучшие умственные и художественные творения возникли под влиянием Православия.
Проникши в мысли и чувства русского человека, осенивши собою всю душу его, вера святая со всею очевидностью отразилась и на творчестве русского человека, умственном и художественном, на всех созданиях русского мышления и таланта. Все, что явилось лучшего, высокого и прекрасного в умственной, а также и в художественной работе русского человека, все это произошло от души, согретой религиею, вызвано христианскою ревностью, возникло из глубины православного убеждения или вдохновения,- все это Православием было навеяно и Православию все посвящалось. Просвещенная Xристовым светом русская душа устремилась только к предметам, открытым и указанным религиею. При этом сами способности умственные русского человека, находя себе полное удовлетворение и наиболее сродное поле деятельности в кругу предметов, открытых религиею христианскою и столь близких душе человеческой, стали быстро созревать и крепнуть здоровыми силами, как зреет и крепнет растение под благодатными лучами родного солнца.
305. Русская словесность началась на почве священно-богослужебной и святоотеческой литературы.
Уже народная словесность, как непосредственный голос народного сознания, получила яркое отражение библейского учения, и в массе легенд, духовных стихов и прочих видов народного творчества поэтически воплотила высокие христианские идеи [4]. Но еще неизмеримо полнее влияние Православия сказалось на умственном творчестве грамотных русских людей, на нашей древнерусской письменности. При всей еще, умственной молодости русского человека, при всей недостаточности обыкновенных цивилизующих средств и пособий в первые века Православия на Руси быстро, всего через одно-два, поколения, созревают на Руси уже духовные таланты, начинают появляться выдающиеся ораторы, писатели и богословы. Несмотря на крайнюю скудность наших сведений о той отдаленной поре русской жизни, мы, однако, можем сослаться на существование тогда уже мощных сил Православно-русского духа. Таков, например, был св. Иларион, митрополит Киевский, от которого сохранилось нам подлинное одно только большое слово; но это слово, по возвышенности богословствования и по силе христианского одушевления, может быть сопоставлено со словами всемирного христианского оратора св. Иоанна Златоуста и всегда может стоять на ряду с самыми лучшими созданиями христианского красноречия. Глубокий и проницательный ум св. Илариона, располагая еще совсем не обработанным материалом русского языка, сумел здесь чудно изобразить всю судьбу Божественной религии в человечестве, высокое учение о Богочеловеке, отметить промыслительное призвание русского народа к участию в церкви Xристовой на земле и, наконец, начертать величественный, дивный образ нашего просветителя, св. Владимира, и его доблестного преемника Ярослава. Таков, далее, преподобный Феодосий Печерский, своими простыми и кроткими, но в то же время полными силы и убедительности поучениями вооружавшийся против всяких остатков язычества в жизни русских людей. Таков преподобный Нестор, великий родоначальник истории русской, автор столь правдивого, беспристрастного и для той поры высоко совершенного творения, пред величием которого преклоняются великие ученые позднейшей науки. Таков святой Кирилл Туровский, этот поистине златословесный вития древнерусский, автор вдохновенных и, можно сказать, поэтических слов и библейских пересказов, которые составили бы честь всякому и современному оратору-проповеднику, и т. д. В старинных летописях нередко читаем мы свидетельства о лицах, которые славились своим ораторским даром и были известны своими сочинениями. Эпитеты - «зело учителен, вельми книжен, силен в Божественном учении, философ велий, слово его бяше солию растворено, народ в сладость его послушаше», и т. п. - указывают на великое достоинство и талантливость наших древнерусских пастырей, учителей церковных и проповедников [5]. Так скоро и так успешно началась на Руси, на почве священно-богослужебной и свято-отеческой литературы своя русская словесность, русская цивилизация.
306. Умственная и литературная деятельность русских людей имеет православное содержание и направление.
С самых первых шагов своих умственная и литературная деятельность русских людей усвоила одно неуклонное строжайше-православное содержание и направление, исклю-чительно религиозныи стиль и характер. Летописец и записывал прошедший факт, сказитель ли выступал с нравоучительною повестью, благочестивый ли паломник описывал чуждые страны, - все они, различаясь по искренности чувства и силе возбуждения, по талантливости и художественности своего творения, одинаково всегда имели одну-общую для всех цель - религиозно-нравственную. Наш, например, Нестор на все в мире смотрит и все оценивает исключительно с библейской точки зрения: историческую жизнь свою, народ он ставит в параллель с историей священною, в каждом факте историческом он отмечает участие Промысла Божия или усматривает исполнение непреложных истин Евангелия. Наш, например, Домострой древнерусский, поражая скрупулезностью всевозможных житейских советов своих и наставлений, все направляет к одной цели - преподать правила веры и благочиния, научить русского человека богоугодному житию, обратить, по возможности, всю жизнь его в непрестанное богослужение, и т. д. Что же касается так называемого светского образования и литературы, то, как известно, они долго совсем отсутствовали и не существовали для древнерусских людей. Только немногие и отрывочные сведения из естественных и философских наук проникали в Россию, и то в оболочке религиозной мысли (напр. в Шестодневе Василия Великого, в творениях Иоанна Домаскина и т. п.). И все пользование этими знаниями на Руси ограничивалось только разве приведением мудрого изречения в подтверждение какой-нибудь религиозной-же или нравственной мысли.
307. Древний период русской словесности обилуeт духовными произведениями, когда в то время на Западе не было и зародыша национальной литературы. В X-XI столетиях Православие - в умственном мраке Европы - являлось самой светлой точкой.
В таком-то исключительно религиозном направлении стала работать православная русская мысль, и результаты ее деятельности, повторяю, были весьма успешны. Принимая во внимание условия того времени, может представляться даже неожиданным обилие произведений умственного и литературного творчества наших древнерусских отцов. За древний период русской письменности (XI-XVII вв.) мы знаем до 130 известных по имени русских писателей, епископов, священников, иноков и мирян, князей и простых набожных начетчиков. От них осталось великое множество и доселе все открываемых экзегетических, полемических, исторических, догматических, а особенно церковно-дидактических и назидательных произведений. А ведь количество известных нам древнерусских авторов во всяком случае не соответствует действительному числу их, так как может быть столько же имен для нас упущено из вида, потеряно; быть может еще большая масса сочинений, сравнительно с тем, что нам сохранилось, погибли в пожарах, в междоусобицах, при нашествии иноплеменников. Стоит также отметить при этом, что началась литературная деятельность на Руси в ту пору, когда нигде, даже и в просвещеннейших теперь странах - Англии, Франции, Германии, - еще и зародыша не было своей национальной литературы: то были X-XI столетия, так и прозванные в истории темными; так что славяно-русское племя, бывшее дотоле диким, «жестоким и кровожадным», как только было просвещено Православием, сразу составило тогда знаменательное и отрадное исключение: в умственном мраке Европы оно явилось самою светлою точкою.
308. Православие вдохновило искусство.
Говоря о влиянии Православия на умственную и литературную деятельность в древней Руси, нельзя не упомянуть о столь же важном значении его и в истории изящных искусств на Руси. Творчество народного русского гения, еще совершенно не культивированного до христианства, в последнем нашло себе первое и самое широкое применение. В высоких предметах истинной религии эстетическое чувство русского человека обрело себе одушевление, а простой, величественный характер истин Евангельских определил направление и характер русского искусства. Зодчество, живопись и музыка, пение, вместе с верою воспринятые от греков, сразу явились на Руси христианскими, церковными; в храме Православном они нашли себе первый на Руси приют и в храме именно стали слагаться потом в своеобразные русские формы, постепенно развиваться, совершенствоваться. По принятии крещения св. Владимир повелел, как говорит летописец, строить церкви как в Киеве, так и в других местах [6]. И вот, между прочим, сооружен был византийскими мастерами великолепный Десятинный храм, первый образец изящного церковного зодчества на Руси [7]. Скоро после того, по мысли ближайших преемников св. Владимира, создается византийскими же зодчими Киево-Софийский собор, своим крестообразным расположением, мозаическою стенописью, верхними галереями, хорами и другими украшениями представлявший точную копию Константинопольской св. Софии [8]. Эти первые русские храмы, воздвигнутые и украшенные греками, и послужили образцами и прототипами уже собственно русского церковного искусства - зодчества и живописи.
309. Православие создало художественную деятельность, иконопись.
При этом достойно внимания, что как в умственной деятельности, так и в области искусств благотворное влияние Православия на Руси обнаружилось очень скоро и неожиданно успешно. По отзыву, например, исследователя-специалиста, «XI век был для нас веком учения, а XII век - уже началом самостоятельной художественной деятельности: в XII веке мы уже имели нашу собственную художественную школу, которая вносила те или другие русские черты в византийские образцы» [9]. Сравнивая далее, в частности, русскую иконо-графию XII века с принесенною впервые на Русь греческою XI века, ученый-исследователь пришел даже к заключению, что «стиль русский имел больше естественности, свободы, грациозности и выразительности сравнительно с греческим». Сохранившиеся нам памятники старой русской иконографии действительно удостоверяют; что искусство это очень рано пришло у нас в цветущее состояние. Так, например, известные Каппониевы доски (святцы), писанные русскими художниками в первое время Православия на Руси [10], доселе поражают знатоков своим необыкновенным блеском, нежностью красок, правильностью рисунка и изяществом отделки. Многие архипастыри русской Церкви сами любили заниматься иконописным искусством (напр.: св. Петр, Симон, Варлаам, Макарий и Афанасий, митрополиты всероссийские и др.), и, как знатоки, они строго следили за успешным и правильным развитием иконописного художества на Руси. Известно, напр., мудрое правило, настойчиво ими внушавшееся русским мастерам: «святыя и честныя иконы писать не на соблазн миру, но во утверждение Православию и в просвещение и умиление, по преданию святых отец, по обычаю святыя восточные церкви, по приличности дел и лиц» [11].
310. Храмы на Руси являлись сосредоточием художественного творчества.
Храм же православный явился на Руси первым средоточием и прочих проявлений художественного творчества. Так, напр., все своды и стены Киево-Софийского собора украшены были мозаическими изображениями священных лиц и библейских событий; Десятинная церковь украшена была разноцветною и золотистою мозаикою; Владимирский Успенский собор снаружи обложен был мрамором, капители колонн убраны были золотом, а медная крыша серебром, и внутренние украшения этого храма были весьма богаты и разнообразны: везде блистали самоцветные камни, роскошные паникадилы висели пред иконостасом и посреди храма, и т. д. [12]. Довольно широкое применение в храмах русских нашло себе также искусство глиптики (резьба на камнях). Памятников этого искусства сохранилось нам немало на древней церковной утвари - на облачениях, панагиях, крестах, иконах. Такими резными камнями, между прочим, покрыто драгоценное Евангелие царицы Наталии Кирилловны, хранящееся в Успенском соборе в Москве; прекрасно вырезанная на синем яхонте гербовая печать царя Феодора Алексеевича украшает золотую Звезду над дискосом в Чудове монастыре [13], и т. д.
311. Православие принесло искусство церковного пения.
Искусство пения церковного принесено было в Россию также вместе с христианством от греков и от ранее крестившихся наших братьев славян. Еще при св. Владимире царь и патриарх греческие прислали к нам «демественников от славян». После того, при великом князе Ярославе в Россию «приидоша богоподвизаеми трие певцы гречестии с роды своими; от них начать быти в рустей земле ангелоподобное пение, изрядное осмогласие, наипаче же и трисоставное сладкогласование, и самое красное демественное пение в похвалу и славу Богу» [14]. Выше было уже замечено, как русский народ заинтересован был церковным пением и как он ревниво охранял его священный, величавый характер. Но самостоятельность русского гения и в этой области скоро сказалась разработкою основных мотивов церковного пения в разнородные и разнохарактерные типы напевов, каковы, например, известны были: знаменной, столбовой, демественный, киевский, новгородский, московский и некоторые другие. Эти древнерусские церковные напевы, к сожалению впоследствии искаженные влиянием итальянской музыки и хранящиеся только в немногих древних обителях, доселе увлекают знатоков и ценителей религиозной музыки своею величавой простотой и особенным благородством отражающегося в них религиозного одушевления [15]. * Набожность русских*

312. Православие дало содержание умственным и художественным силам. Православие вошло в сознание русского человека своею практическою стороною.
Таким образом, Православие призвало к жизни умственные и художественные силы русского человека, дало содержание для их деятельности и определило характер их творчества. Но прежде всего и главным образом Православное христианство из всего необъятного своего содержания вошло в сознание русского человека своею п р а к т и ч е с к о ю стороною.
313. В самом начале своей истории Русь стала жить более сердцем, нежели умом, свою мысль подчинила вере, разум - нравственному началу. Русь стала развиваться в практически-религиозном направлении, так как догматическая разработка веры уже окончилась.
Получивши просвещение свое с востока в то время, когда там окончилась догматическая разработка вероучения и упрочилось уже практическое направление, когда вследствие потери политической самостоятельности и других причин в Византии стал ослабевать дух свободного умственного творчества, Русь уже по этому одному естественно стала развиваться в направлении практически - религиозном. Конечно, было бы крайностью и большою неточностью полагать, что русский человек так и остановился исключительно на одних формах религиозности, на обрядовой только стороне Православия: и в литературе, и в жизни очевидно обнаруживается стремление русского человека проникнуть в смысл внешних форм богопочтения, понять и усвоить тот дух, выразителем и проводником которого формы эти служили; в лучших своих образцах, литературных и жизненных, тип русский, живя религиозным началом, выражает и проявляет его в соблюдении не столько обрядности, как, с другой стороны, и не только в аскетически удаленном от жизни религиозном миросозерцании, а и в разумном стремлении осмыслить свою жизнь христианскими началами, одухотворить ее христианскою нравственностью. Тем не менее, преобладание практического начала в религиозно-нравственном миросозерцании русского народа несомненно. Церковно-византийское учение, воспитавшее христианскую Русь, не поставило себе задачею развивать интеллектуальные, мыслительные способности русского человека: оно стремилось внушить веру, укоренить нравственность, возбудить и поднять нравственно-религиозное чувство. Эта система воспитания и программа образовательная так и упрочилась на Руси - весьма ненадолго. Все училища древнерусские, по крайней мере вплоть до XVII стол., имели не умственно-образовательный, а нравственно-воспитательный характер. По свидетельству Степенной книги, русского человека учили не столько «словесем книжнаго учения», сколько «благонравию, правде и любви и зачалу премудрости - страху Божию, чистоте и смиренномудрию» [16]. Вся литература древнерусская, эта высоковлиятельная руководительница старого русского человека, проникнута была преобладающим нравственно-назидательным и церковно-обрядовым направлением. Последнее выступает во всех видах и формах словесных произведений: в канонических правилах русских пастырей, в посланиях и ответах на вопросы частных лиц, особенно же в церковных словах и поучениях, в массе обличительных и поучительных слов под общими заглавиями: «Слово, еже како жити христианом», «Слово о спасении души», «Слово душеполезно» и т. п. Таким образом, русский человек с самого начала своей исторической жизни стал жить более сердцем, нежели умом, свою мысль подчинил вере, разум - нравственному началу. Развитие «изящнейшего сердца», «умонаклонение к добру, нравоучению и добронравию», как известно, было целью стремлений на Руси и впоследствии, в XVIII стол., при великой воспитательнице русского общества императрице Екатерине II.
314. Благочестие стало коренным, типическим свойством русского человека.
Своею практической стороною действуя на волю и на сердце русского человека, Православие и воспитало в нем те качества, которые объединяются в общем понятии благочестия. Благочестие стало коренным, типическим свойством русского человека, и вся нравственная жизнь его начала слагаться по христианскому идеалу. Лучшие люди старой Руси, проникаясь этим идеалом со всею горячностью и увлечением первых прозелитов, стремились к осуществлению в поведении своем всех даже аскетических предписаний христианской морали; почитая идеалом христианской жизни и венцом добродетелей полное отречение от мира и плоти, они старались приблизить свою и мирскую жизнь к «спасенному пути» монашеского подвижничества. Спешу, впрочем, оговориться, что никоим образом не следует в своем представлении идеализировать древнерусского человека, нельзя представлять себе его святым и безупречным: с точки зрения всесовершенного идеала христианской нравственности, жизнь русского человека, как и сама личность его нравственная, представляли очень много и темного, и несовершенного. Ведь уродливые явления, нравственные аномалии всегда существовали и будут существовать в человеческом обществе; зло и добро, порок и добродетель, нечестие и благочестие, несмотря на необъятное различие их взаимное, всегда существовали вместе. Это тем более нужно сказать о нашей старине, когда народ русский только что призван был в Православие из дикого состояния. Во всяком случае величайшая заслуга Православия в том была, что оно, указав идеал жизни благочестивой, раз навсегда привязало к нему помыслы и стремления русского человека, а своими благодатными средствами, несомненно, сообщило последнему и энергию, силу воли в достижении этого идеала. Благочестие стало заветною целью, в стремлении к которой слились нераздельно все русские люди. При этом представители и вожди народа, не только духовные, а и мирские, как, например, князья, шли впереди, так сказать, навстречу народному благочестию и возгревали рвение к нему в массе народной своим авторитетным примером, подавали достойные подражания образцы христианской жизни, бого-боязненных обычаев, ревности о славе Божией. Вера Православная и явилась на Руси великою жаждущею силою, воспитавшею всему миру известное «русское благочестие», - силою, создавшею отличительные особенности и нравственные доблести русского человека. Правда, некоторые духовные качества, как, напр., храбрость, гостеприимство, прямота, считались особенностями вообще славянского типа еще и во времена язычества, но Православие подняло и одухотворило эти качества, сообщило им высшее нравственное достоинство, указало для них более сознательные и чистые основы, святые побуждения. Кроме того, под влиянием Православия в русском народе создались новые, дотоле несвойственные ему, нравственные добродетели, ставшие теперь также существенными и типическими качествами русского человека, каковы, например: набожность, честность, смирение, терпение, незлобие, милосердие и т. п. евангельские именно добродетели.
315. Каждый шаг повседневной жизни запечатлен глубокой набожностью.
Особенную известность искони приобрел русский человек своею н а б о ж н о с т ь ю. Последняя проявляется прежде всего, напр., в его беззаветной, детски-искренней вере в благость Творца и в его беспредельной преданности Промыслу Божию. «Так Богу угодно!», «На все воля Божия!» - так безропотно и покорно вздыхает верующая душа русского человека во всех часто и невыносимо тяжких треволнениях и злоключениях жизненных. Но и в ровном, спокойном течении жизни своей русский человек никогда не забывает Бога и своего христианского звания [17]. Каждый, можно сказать, шаг в его повседневной жизни запечатлен глубокою набожностью, более или менее отмечен искреннею и непоколебимою привязанностью к вере своей, вере заветной, святой, Православной. Знаменем крестным русский человек начинает и кончает все входы и исходы свои, все действия и начинания свои, встречает время сна и бодрствования, начало труда и отдохновения своего. Без осенения себя крестом человек русский не пройдет мимо храма, часовни, иконы, покойника, не выслушает ни одного сообщения о каком-либо событии, радостном или горестном, не пропустит ни одного явления в природе, грозного или величественного, опасного или благодетельного. Дождь, гроза, буря, снег, восход и заход солнца и т. п. вызывают в нем религиозные чувства, обращают взоры его к небу, вызывают с уст его слова благодарения или молитвы о помиловании. Имя Божие непрестанно пребывает в мысли и на устах русского человека: входя в чужой дом, старый русский человек, крестясь, громко произносил неоднократно: «Господи помилуй!»; потом, обращаясь к хозяину, приветствовал его: «Дай тебе, Боже, здравия!» [18] Видя кого-либо за делом, и теперь русский человек говорит: «Бог в помощь». Изъявляя благодарность, говорит: «Спаси Бог!», Приступая к делу, благоговейно произносит: «Господи благослови!». В разговоре постоянно употребляет пословицы, в которых так часто слышится имя Божие, и т. д.
316. Внешняя обстановка свидетельствует о набожности русского человека.
Внешняя обстановка русского человека также свидетельствует об его набожности: всю жизнь свою он на груди носит крест, с которым уходит и в могилу; в каждом жилом помещении русского человека имеется святая икона, на дверях и на косяках русского дома начертаны или «крещенским» (во время окропления святою водою после великого водоосвящения), а также «святым, четверговским огнем» (с каким слушаются 12 евангелий в Великий четверток) выжжены изображения креста. В каждом доме есть «святой угол», божница - самое чистое, почетное и благоукрашенное место, точно так же как самым дорогим и лучшим украшением, гордостью всякого русского поселения является храм Божий.
317. Храм с богослужением есть потребность русского человека и является предметом заботы и любви.
Храм с его богослужением и всею священною обстановкою искони составляет насущную потребность русского человека и является предметом его самой внимательной заботливости и сердечной любви. Созидание храмов, а также и монастырей, и украшение их имело всегда высокое религиозное значение в глазах православного русского народа и служило одною из любимых форм проявления благочестивых чувств. Кажется, невозможно найти, напр., ни одного древнерусского духовного завещания, в котором русский человек, делая последние предсмертные свои распоряжения, забыл бы про церковь, не сделал вклада в храм, не пожертвовал на монастырь и т. п. Зато совсем нередкость читать в завещаниях трогательные распоряжения - все свое достояние отдать Богу и Его святой церкви. Вследствие такого настроения русских людей храмы и размножались на Руси в такой степени, что уже в XI и XII вв., по сказанию своих и иноземных летописцев, в Киеве, например, считалось несколько сот церквей: по сказанию, напр., Лаврентиевской летописи, в пожаре 1124 года в Киеве «церквей единех изгоря близь шести сот». И все храмы русские ревностно украшались прихожанами, украшались часто роскошно, великолепно - золотом, серебром, драгоценными камнями, «муссиею» (мозаикой), иконами и сосудами. Главные храмы в стольных городах - Киеве, Новгороде, Ростове, Владимире и др. - поражали иностранцев своей красотою и богатым убранством. В Ростове, напр., была Церковь Пресвятые Богородицы (сгоревшая), по замечанию местного летописца - «дивная и великая, якоже не было и не будет» [19]. Для построения церкви во Владимире «Бог привел князю (Владимиру Боголюбскому) мастеров из всех земель», и летописец сравнивал эту Церковь со славным храмом Соломоновым [20]. Позднее, Москва, как сердце Православной России, особенно выделялась и количеством и качеством своих храмов. По свидетельству путешественника Таннера (в XVII стол.), в Москве было более 1700 храмов [21].
318. Обилие святых икон и их почитание.
Благочестивая ревность русских людей украшала храмы преимущественно обилием святых икон и священных изображений. Известно, что, напр., в прошлом столетии Успенский собор в Москве имел «две тысячи шестьдесят шесть лиц», изображенных только на стенах храма, помимо иконостаса и отдельных икон [22]. Святые иконы всегда были предметом самого благоговейного почитания в России. Этою добродетелью русских людей даже злоупотребляли иностранцы в смутные времена: они похищали чаще всего у русского населения иконы, потому что русский человек готов был за них платить самый дорогой выкуп, лишь бы не лишиться своей заветной святыни и спасти ее от оскорблений иноверцами. Известно также, что даже люди неправославные, напр. лютеране, жившие в старину на Руси, вынуждались держать в домах своих православные иконы, иначе ни один русский человек ни за что не шел к ним в услужение [23].
319. Благоговейное отношение к иночеству и монастырям, паломничества в святые места.
Одним из самых видных и исконных проявлений русского благочестия является благоговейное отношение русского человека к иночеству, к монастырям, и сохраняемым в последних святыням. Уже одна громадная цифра монастырей в старой Руси свидетельствует о великой популярности монашества в народной среде и о расположении русского человека к подвигам-иноческой жизни. Обилие уединенных обителей, раскинувшихся на всех концах Руси великой и скоплявших в многотрудной жизни своей более или менее ценный и славный капитал святыни в виде святых мощей, чудотворных икон, прославленных подвижников, - породило на Руси особый и чрезвычайно распространенный подвиг религиозный - паломничество. Преодолевая всевозможные затруднения и лишения, русский человек и теперь тысячи верст измеряет своими трудовыми ногами, посещая святые обители, чтобы отдохнуть в них душою, согреть там свой дух благочестия и запастись новыми духовными силами для жизни. Строгая иноческая жизнь возбуждала в русском человеке столь искреннее к себе сочувствие и симпатию, что, как уже было выше замечено, и свою мирскую жизнь он по возможности старался приблизить к «ангельскому образу» жизни иноческой. Многие правила монастырской жизни в Домострое, напр., возведены были в норму общенародной мирской жизни. И эти предписания вовсе не оставались только на словах или только в мечте, - нет, жизнь нередко даже превосходила всякие предписания: известно, например, что знаменитый боярин Ордын Нащокин и под одеждой государственного сановника носил вериги и подчинялся всей строгости иноческого устава [24].
320. Свидетельство иноверцев о благочестии русских.
Тем более русский человек, подчиняясь своей внутренней религиозной потребности, строго относился ко всем уставам и правилам Церкви Православной. Вот что известный путешественник Маржерет говорит, напр., о соблюдении на Руси постов еще сравнительно в недавнюю пору, в XVII стол.: «Наблюдают россияне посты столь строго, как только это возможно. Пред великим постом они прощаются; даже и незнакомые, встречаясь на улице, приветствуют друг друга: «прости меня!» говорит один. - «Бог тебя простит!» - отвечает другой. В первую неделю поста вовсе не выходят из домов, или весьма редко, едят в неделю не более трех раз. В следующие недели ходят все просто одетые, как в трауре. На последней неделе постятся как на первой и еще строже» [25]. Другой иноверный наблюдатель старорусской жизни, ревностный католик Яков Кобенцель (в XVI стол.) так вообще свидетельствует о благоговейной набожности русского человека: «москвитяне больше нас преданы религиозным обрядам... Никогда не забывают они пред церковию или изображением креста, которое встречается на всяком распутии, слезть с коня или выйти из саней, стать на колени, трижды оградить себя крестным знамением, произнося молитву. Так поступали все сопровождавшие меня москвитяне. Приближаясь к церкви, в которой совершалось богослужение, они никогда не проходили мимо, но вошедши, отслушивали обедню, становились на колени, клали земные поклоны. Не скрою истины, что богослужение их совершается с таким благоговением, что трудно изобразить словами. Во всех делах своих москвитяне чрезвычайно религиозны» и т. д. [26].
321. Люди всех сословий любили духовные назидательные книги и по ним учились и молились.
Говоря о набожности и религиозной настроенности русского человека, стоит особенно отметить еще одну выдающуюся, типичную черту его, - это стремление к религиозному просвещению, любовь его к душеспасительному чтению, к религиозно-нравственным книгам. В этой любви к «побожному» просвещению и к «божественным» книгам сходились решительно все русские люди. Не говоря уже о духовенстве, как сословии всегда по преимуществу книжном, весьма многие князья и государи древнерусские были страстными любителями «книжного почитания» и увлеченными, как их тогда и называли, «книголюбцами». Так, например, известно, что св. Борис имел обычай читать книги, особенно любил он читать «жития и мучения святых»; великий князь Ярослав «любил книги и читал оныя «день и ночь». Святослав Ростиславович, знавший греческий язык, собирал греческие и славянские книги и их «охотно читал»; Святослав Юрьевич был «учен писан